Бывшие. Соври, что любишь

Также она бегает ко мне каждую неделю, рассказывая, какой у меня сын лоботряс, что, конечно, не так.

— Ладно, Марту Леонидовну не берем в нашу команду, — киваю с улыбкой. — Но как минимум два человека на твоей стороне — Ольга Михайловна и я.

— Вы мама Леши, — произносит Глеб неуверенно.

— Мама Леши я дома, а тут я ваш учитель, который относится ко всем одинаково.

Молчит.

— Мы поняли друг друга, Глеб? — снова добавляю мягкости в голос.

— Поняли, — Глеб не смотрит на меня.

— Я рада. А теперь беги на следующий урок.

Мальчик уходит, а я продолжаю вести уроки, думая, как же все прекрасно решилось. Мы нашли общий язык и поговорили.

Когда звонит последний звонок, ко мне подходит взволнованная Оля.

— Уль, пошли к директору.

— Что-то случилось? — хмурюсь."

"— В смысле?! Я посмотрела видео, где Никонов хамит тебе весь урок! Сергеевна вызвала Максима Аристарховича в школу. Ну и тебя в качестве пострадавшей зовет.

— Что? Откуда вы узнали? — ахаю я.

— Я ж говорю — видео ходит по школе.

Видимо, кто-то из ребят заснял мой урок.

— Черт! Мы же с Глебом разобрались во всем!

Спешим к кабинету Анны Сергеевны. По дороге Оля отвлекается на звонок и говорит, что подойдет через минуту, а я сталкиваюсь в коридоре с Максимом.

Тот зол. Гневно окидывает меня пристальным взглядом, хватает за предплечье и притягивает к себе, обдавая запахом своего парфюма:

— Что, мстить через сына мне решила?

Глава 7

Ульяна

— Ты в своем уме? — выдергиваю руку из хватки Максима. — Как ты вообще мог подумать?..

— Не стремно тебе к пацану цепляться, а, Ульяна Романовна? — Максим каменеет от злости, глаза мечут молнии ненависти.

Вот только при чем тут я?

— Я даже подумать не мог, что ты так грязно будешь мне мстить, — выдает, наконец.

— Я? Мстить? — поднимаю брови.

Это ж надо было такое придумать! Где там моя старая добрая стерва?

— Максим Аристархович, кто вы такой, чтобы вам мстить? — расправляю плечи. — Я и не вспоминала о вас все эти годы, о какой мести вы говорите?

Стараюсь говорить холодно, взглядом даю понять, что мне безразлично.

Это все круто, жаль, на деле я вспоминала Никонова едва ли не каждый день. А как возможно иное, когда ежедневно у тебя перед глазами маленькая копия мужчины, которого когда-то любила всем сердцем?

Максим отходит от меня на шаг, смотрит внимательно, пытаясь понять, вру я или нет.

Распахивается дверь, выходит Анна Сергеевна, окидывает нас хмурым взглядом. Видимо, мы выглядим не совсем спокойно, и ей это не нравится.

— Добрый день, Максим Аристархович. Ульяна Романовна, проходите.

Заходим внутрь. Тут уже сидит Глеб. Демонстративно отворачивается от меня.

Ясно, значит, виноватой во всем буду я.

Максим садится рядом с сыном, а подошедшая Ольга — рядом со мной.

— Итак, — начинает директриса, — у нас снова возникли сложности.