Бывший. Ты только моя (СИ)

Мы будто вываливаемся в темно-серое облако, а когда пролетаем его насквозь, оказываемся над угольно-черными скалами с будто заточенными пиками. Упасть здесь — верная смерть.

Гардариан рычит, огрызается и выпускает поток пламени. Ныряю, атакую сбоку. Наши движения становятся все более резкими, Квиланд выпускает еще пару мощных плетений, одно из которых парализует часть моего крыла, и мне теперь приходится тратить больше сил, чтобы удержаться в воздухе и маневрировать.

Я замечаю в расщелине уступ, подходящий для того, чтобы на него приземлиться. Отвлекаю Гардариана и спускаюсь, замечая, что он пикирует на меня. Сил практически не осталось. Знаю точно только одно: если мне суждено тут остаться, то Квиланд останется здесь вместе со мной.

Тиолла будет свободна.

Трансформируюсь и резко вскидываю меч. Гардариан замечает это, но слишком поздно, он пытается маневрировать, но напарывается боком на мое оружие. Зачарованный металл легко пробивает чешую и входит почти по самую рукоять.

Квиланд ревет от боли, взлетает, но в процессе обращается в человека и падает на каменную поверхность выступа.

Он еле поднимается, но на лице его все равно победная улыбка.

— Знаешь что, Николас, — хрипло говорит мужчина, придерживая бок. — Не устаю удивляться твоей глупости.

Из оружия у меня только мои руки. И из защиты — они же. Но и у Гардариана же дела не лучше? Или нет?

Он выпускает исцеляющее плетение, и я смотрю, как постепенно затягивается его рана.

— Из этих мест никто не выбирается, — цежу я. — Мы оба обречены остаться тут.

Гардариан качает головой.

— Не с моим покровителем. Тут его территория, так что… Останешься тут только ты, — выплевывает он, вскидывает руку и сбивает меня с ног.

Отлетаю к скале, впечатываюсь в острые выступы камня, в глазах темнеет, и я могу разглядеть только, как Гардариант приближается ко мне. Мотаю головой и бросаюсь вперед, опрокидываю на спину Квиланда и сжимаю пальцы на его шее.

Губы Гардариана растягиваются в улыбке-оскале. Он хрипит и нащупывает что-то в своем кармане, а потом достает… амулет Тиоллы. Так вот что он вертел в руках!

— Знаешь, что моя жена лучше всего отдает энергию, когда испытывает очень яркие эмоции? Как положительные, так и… отрицательные, — мужчина чуть-чуть покачивает в руках светящийся, наполненный силой амулет. — Ты же не можешь не видеть, как он сияет. Надо же, а вчера он был совсем пуст. Понимаешь, о чем я?

Последние слова он произносит, хрипя, но добивается своего. Перед моими глазами появляется красная пелена ярости. Я замахиваюсь, чтобы ударить Квиланда, тот пользуется этим и скидывает меня с себя.

Но в этот момент амулет касается меня, и по телу проносится вихрь магии. Ее так много и поток настолько сильный, что это обжигающе больно.