Чародольский князь

Но этот «недостаток» с лихвой компенсировали три огромные бесформенные головы, качающиеся на длинных чешуйчатых шеях. Их пасти были усеяны острыми клыками, которые дракон не уставал демонстрировать окружающим. За его спиной грозно трепетали громадные, но тонкие, словно листы бумаги, черные крылья.

– Чадр… – пронеслось в толпе магов.

Дракон зарычал и пыхнул в людей предупредительным огнем на два метра. Виртус легко отразил атаку – пламя опало на землю. Завоняло паленой смолой, будто подожгли еловые ветки.

– Это же не иллюзия… – дрожащими губами прошептала Татьяна.

Полудух не ответил. Девушка оглянулась – Рика нигде не было, словно он испарился.

Между тем старший Вордак не сводил взгляда с могучей твари, но и не спешил начинать бой.

Зато Лютогор, холодно усмехнувшись, первым шагнул к дракону, одновременно замахиваясь тяжелым мечом.

Дикий, нечеловеческий вой накрыл поляну. Как только Лютогор перешагнул один из камней разваленной преграды, небо над их головами окрасилось в густой черный цвет. Тысячи птиц распахнули в полете свои крылья. На некоторых из этих странных пернатых тварей Каве с ужасом распознала всадниц, недавних своих знакомых – диких лесных мар с взлохмаченными волосами. Девушки, чья прозрачная кожа не скрывала внутренности, голосили и улюлюкали громкими, хриплыми голосами.

Брызнула тысячью осколков хрустальная стена, укрывавшая остальных магов, – защита Виртуса перестала работать.

Кто-то закричал, замелькали вспышки защитных заклятий. Девушка в ужасе оглянулась, не зная, атаковать или защищаться. Виртус что-то прокричал – кажется, приказал прятаться в укрытие… Но куда?! Вокруг простиралась лишь голая, каменная пустошь…"

"Каве сделала шаг в сторону, но кто-то схватил ее за руку.

– Сотвори знак «суб», быстро! Я приказываю тебе!

Оценив серьезность тона полудуха, Каве мгновенно послушалась – пальцы сами сплелись в нужную фигуру.

Мягкий, призрачный шепот легко проник в уши и заполонил сознание. Где-то гулко били часы, но не привычно, а медленно, растянуто, словно мощные удары церковного набата. Каве пошла вперед, и ее шаги звучали в этой странной тишине, как далекие раскаты грома.

Повсюду катились клубки. Огромные и неповоротливые, из разноцветных ниток, переваливаясь медленно, неповоротливо. Между ними прыгали маленькие клубочки, преимущественно серые или черные. Иногда, словно вспышки тусклого света, мелькали золотые и серебряные комочки ниток, но какие-то пыльные, истрепавшиеся.

– Каве… – вдруг дохнуло над ухом. – Каве!

Девушка остановилась. Казалось, что окружающее воздушное пространство, густое и вязкое, остановилось и закачалось вместе с ней.

– Каве.

Девушка оглянулась и увидела Карпатский Скипетр.