Чародольский град

Но женских вещей в комнате не было… Честно говоря, здесь вообще находилось не много предметов: чашка на столе без скатерти, какая-то неприметная одежда, неряшливо брошенная на стул…

А вдруг… а вдруг он приехал в Чародол ради нее и хочет поговорить, объясниться? Каве сердито тряхнула головой: Карпатский Князь приехал с Кристой, она видела их в зеркальце, какие тут разговоры?

Каве порывисто встала, чтобы уйти, но в последний момент не выдержала: наклонилась к нему и осторожно поцеловала. Его губы отозвались нежным теплом, задрожав от легкого прикосновения, но Алексей не проснулся.

Больше не в силах совладать с собой, Каве круто развернулась и выскочила за дверь. Сердце отбивало гулкий барабанный ритм. Что она делает?!

– Отведи меня к Тай, – обратилась она к синекрылому духу. – Ты сможешь?

Вместо ответа Чертик стрелой понесся по коридору, и девушка быстро последовала за ним.

В саду цвели прекрасные маттиолы, их чарующий аромат переплетался с нежным благоуханием жасмина. Каве долго бежала по узким дорожкам, посыпанным мелким гравием, мимо фонтанов и клумб, заросших экзотическими травами. Синекрылый дух привел девушку прямо к Тай, в ажурную беседку, где рыжая чара страстно целовалась с неким худым юношей с огромной вихрастой шевелюрой.

Каве, занятая собственными думами, не сразу заметила парочку, поэтому чуть не налетела на них.

– Ой!

Тай и ее кавалер мгновенно отпрянули друг от друга.

– Извините… – смутилась Каве, отступая за огромный куст, подстриженный в виде шахматного короля. – Я не хотела мешать… У меня к Тай есть одно небольшое дело…"

"– Ничего страшного, – успокоила ее чара, лукаво косясь на своего спутника. Судя по его чрезвычайно смущенному виду, парень готов был провалиться сквозь землю. – Пан Чах все равно должен улететь…

– Да, все верно! – пробубнил парень себе под нос. – Пан Седрик просил подойти к нему, он сейчас в лагере…

Не глядя на ошарашенную Каве, он выскочил из беседки и, совершив превращение в знакомого синечешуйчатого стихийника, взмыл над цветником и улетел туда, где сияли во тьме костры турнирного городка.

– Как?! – только и спросила Каве.

– А вот так, – развела руками рыжая чара, судя по всему, пребывавшая в отличном расположении духа. – Ты понимаешь, все началось с ерунды. Я ему говорю: «А почему ты в человека не превращаешься? Страшненьким выходишь, что ли? Или не получается?» А он: «Что?! Да я могу в любого из людей превратиться, вы так просто устроены…» И как превратится – в мальчонку лет семи. Как я смеялась! Даже со скамейки свалилась.