Чаровница с сюрпризом
Магия истинной любви – благо или проклятие? Я пока в этом толком не разобралась. Но у меня появилась возможность это сделать, когда сам герцог аде Тронш пригласил в свой дворец на свадебный сезон. Знала бы, на что подписываюсь, бежала бы подальше. А так пришлось не только разбираться с желающими обзавестись семьями, но и приоткрыть завесу собственной тайны.
Заметив меня, все дружно пытливо глянули, требуя ответа. Что они хотели узнать, я не сразу поняла. Просветила меня Лиска.
– Хелька, рассказывай, что с твоим резервом? И почему от тебя исходят эманации злости и интереса. Я такого признаться и не видела ни разу.
– Вокруг тебя даже темные всполохи кружатся. Ты что, распечатала свою тьму? – подхватила Тала.
– Нет. Я вообще не понимаю, что происходит. Наверное усталость сказывается."
"– Вряд ли, от усталости печати не летят. Хелька, тут что-то другое, – покачал головой Дэл. – Тебе явно помогли снести печати, и мне это не нравится.
– А как мне это не нравится, кто бы знал, – вздохнула, на миг прикрыв глаза.
– Надо с этим разобраться, не просто так у тебя тьма проявилась. А что там с лордом? – поторопил меня Жерс.
Пришлось в красках передать свой разговор с лордом Вильсом и его безумным предложением, точнее констатацией факта. Потом призналась, у кого одолжила кристаллы, не избежав очередных ехидных шуток Лайара. Меня слушали и реагировали по-разному. Наши мужчины готовы были прямо сейчас бежать и разбираться с неприятным лордом, а вот девчонки ухмылялись, поглядывая на мои губы.
При друзьях подруги ничего не спросили, мы говорили на отвлеченные темы, я даже умудрилась расслабиться. Может, даже просидели бы здесь всю ночь, но пришел чародей и разогнал нас по своим комнатам. Я и сама уже засыпала на ходу. Попрощавшись с девчонками, Жерс и Дэл проводили меня до моих покоев. Войдя внутрь, поставила на всякий случай лишний круг щита, после чего завалилась спать.
Не успела сомкнуть глаза, как ко мне снова пришел странный сон. Та самая блондинка у дерева. Только на этот раз она победно улыбалась, махала мне рукой и что-то говорила. Глаза горели алым, в них столько торжества и злорадства, что я хотела податься вперед, но словно увязла в чем-то мутном, липком и неприятном. Я даже шага ступить не могла, оставалось смотреть. Слов разобрать не получалось, одно я уловила, когда незнакомка стала исчезать в мутном мареве тумана, как ее светлые волосы меняют цвет.
Проснулась я на рассвете и с удивлением осознала: выспалась. Надо же, мне хватило поспать всего каких-то четыре часа. Прислушалась к себе. Во мне определенно что-то изменилось, но сколько себя ни сканировала, никак не выходило осознать, что именно.














