Час воздаяния

 — Ты вложил в него гипнограмму полного курса теоретической физики? Или он, как обычно, сморозил очередную хохму и угадал?

— Честно говоря, второе, — признал смайлик. — Технологию гипнограмм для мозга Гредрини я ещё не закончил, всё никак не хватает времени. Но мысль действительно оказалась очень дельная!

— Очень интересно, — оценил Командующий, — пойдем на Дэю, расскажешь. — Он посмотрел куда-то вдаль, на уходящий к горизонту каскад исполинских водопадов, и позвал: — Че, нам пора!

Спустя несколько секунд небо прочертила серая молния, и на плечо Тринадцатому свалилась бесформенная тряпка, мгновенно превратившаяся в мохнатый шарик.

Заняв своё законное место, команданте немедленно принялся отращивать уши, одновременно отправляя Другу целый пакет восхищенных образов.

— Да, Дружище, ты прав, — согласился Алекс, — тут очень красиво. Но у нас совсем мало времени.

В воздухе перед ним возникло бледно-бирюзовое свечение, и Тринадцатый шагнул внутрь, оказываясь в Командном Центре Дэи. В огромном помещении было немноголюдно, лишь Оперативный Дежурный по Флоту со своей сменой занимали несколько боевых постов.

Командующий принял доклад о текущем положении дел и открыл прямой переход в главную расчетную лабораторию Серебрякова-младшего. Тут вовсю кипела научная жизнь: несколько тысяч квадратных метров были плотно заставлены массой вычислительного и исследовательского оборудования, непрерывно работали экспериментальные лаборатории, синтезируя и отправляя на испытательные полигоны всевозможные опытные образцы, повсюду светились десятки демонстрационных сфер, густо заполненные сложными данными, суетились гравитационные подносчики и автоматические платформы, транспортируя туда-сюда всё необходимое. В этой бурлящей нескончаемым действом атмосфере глаз ожидал увидеть если не сотни, то, по крайней мере, десятки специалистов в каких-нибудь белых халатах или стерильных скафандрах, напряженно трудящихся во благо науки. Не зная Серебрякова-младшего заранее, поверить в то, что всё это исследовательское царство работает на одного-единственного человека, было непросто."

"Восседающий на плече Чебурашка сообщил, что лично он не понимает, как Андрей Андреевич успевает управляться с подобным броуновским движением научной аппаратуры и оборудования, но работоспособность и сила ума Серебрякова-младшего его однозначно восхищают.

Особенно если учесть, что подобных лабораторий у него только на Дэе тридцать шесть, а ещё есть Рос, в котором только старшего научного персонала миллион человек, не говоря уже о множестве НИИ Академии Наук, расположенных в других солнечных системах Содружества. Тринадцатый ответил, что не согласиться с мнением Друга в данной ситуации решительно невозможно.