Час воздаяния

 — Пойдем по Седьмому! — Он рассек надвое голову ближнего Воина, стремительным движением сменил нож на пистолет, расстрелял в упор паука, прыгающего ему в область головы, и вновь перехватил клинок. — Идем сколько сможем! Потом взрываем переборку и уходим по Шестому! Работай, «Одиннадцатый»! — Плазменная кромка вспорола ещё одну паучью голову.

— Принято! — откликнулся боец, и подгруппа обеспечения устремилась по одному из широких радиальных тоннелей, на бегу подготавливая накладные заряды.

Прямо над головой мелькнула серая молния, и жестокий ультразвуковой удар пронзил барабанные перепонки раскаленной спицей.

Внутренняя поверхность шлема тихо завибрировала, активируя медицинские микросегменты, хлынувшие из носа и ушей струйки крови иссякли. Острая боль быстро сменилась ознобом — симбионты приступили к регенерации. Хаотично мечущийся под потолочными сводами мышонок продолжал бить мощнейшими вибрациями, и ближайшие ряды Инсов потеряли координацию движений. Пауки впадали в конвульсии, наталкивались друг на друга, и напирающие сзади отряды сталкивались с передовыми Воинами, создавая свалку. Спотыкающиеся Люди, превозмогая боль, рвущую нервы даже через ультразвуковую завесу максимальной плотности, неровным шагом отступали в тоннель, отшвыривая от себя диски мин-ловушек. Многие шли, поддерживая друг друга, кого-то тащили на себе, отстреливаясь на ходу.

Слишком много раненых, Тринадцатый с ненавистью рванул из-за спины автомат и длинной очередью дважды перечеркнул вяло шевелящуюся паучью массу, раскинувшуюся перед ним, словно море. Медленно идем, очень медленно! Че, держи их, сколько сможешь! Он срывал с боевой подвески мины, разбрасывая их по тоннелю, и лепил к клочьям обгоревшей паутины плазменные гранаты, устанавливая их в режим обратного отсчета.

Надо выиграть хотя бы две минуты, иначе пауки не дадут нам идти!

Отряд спецназа отошел на сто метров, когда из глубины заполненного пауками пространства ударили мощные лазерные лучи. Инсы подтянули тяжёлые лазеры и издали накрыли огнем недоступного для ближнего боя мышонка. Сознание обожгло острой болью, поток огня был настолько плотным, что Чебурашка получил сразу три прямых попадания.

Пробитая насквозь серая тряпка рванулась вслед за Людьми, но вражеские стрелки уверенно захватили цель, и лазерные иглы вновь проткнули залитый кроваво-красным освещением полумрак оплавленного тоннеля. Мышонок получил ещё два попадания, по инерции пролетел мимо Тринадцатого и рухнул на пол. Алекс на бегу подхватил дымящуюся серую тряпку и сунул её в расплывающийся на грудной мышце разрез бронекомбинезона.