Час воздаяния

Несколько секунд звездный свет мчался бесконечными потоками лучей словно сквозь собравшихся, после чего внезапно погас, сменившись чернотой, вяло освещаемой светом далеких галактик.

— Мы достигли пространственно-временного рубежа, на котором Галактика Вузэй была сожрана Незримым Врагом! — машинально пояснил Еаурурис. — Ближе к ней уже нет звездного света, ибо нечему его излучать!

Посреди сумрачного космоса отчетливо виднелось крупное месиво бездонно-черного цвета. По мере приближения оно разрасталось и вскоре увеличилось до размеров, сопоставимых с габаритами небольшой галактики.

Спустя ещё несколько секунд стало возможным различить, что вся она словно покрыта кожей из тускло поблескивающих точек. Вскоре корабли Мерхна уже можно было узнать по знакомым обводам боевых кристаллов. Где-то в глубине, внутри, за пределами их построения, виднелось нечто громадное и гнилостно-коричневое, словно обертка из механоидов скрывала исполинское заразное облако.

— Здесь бесчисленные триллионы Детей! — торжественно протрубил Хранитель. — Они исполняют своё Предназначение! Сдерживают Незримого Врага, и тот не в силах приблизиться к нашим галактикам! Пока Дети тут, ему никогда не поглотить нас извне!

Изображение достигло стены из мерцающих боевых кристаллов Мерхна, проникло за их барьер и остановилось у границы коричневой гнили.

Картинка слегка вздрогнула, и по ней мелкими одинокими песчинками поползли крупинки помех.

— Вон он, истинный лик Незримого Врага! — огромные глазищи Риула сверкнули ненавистью. — Его не интересует ничего, кроме поглощения, он никогда не остановится, никогда не станет иным и никогда не будет относиться к нам иначе, нежели к пище! И с каждым мгновением голод его становится все сильнее! Дети не позволяют ему поглощать, и Незримый Враг пожирает сам себя, но всё его естество направлено на поиски способов добраться до пищи! Сейчас он пытается поглощать энергию нашего луча, но боится приблизиться к рати Детей!"

"— Не думал, что мои расчеты оправдаются настолько, — задумчиво произнес виртуальный учёный, гася смайлик в знак серьезного разговора, при котором нет места шуткам.

 — Это нехорошо. Очень.

— Конкретнее, — Тринадцатый разглядывал сгнившую галактику. — Ты о его способности к самоэволюции?

— Да, — коротко ответил Серебряков-младший. — Если он отрезан Мерхном от пищи и поглощает сам себя, то фактически он борется за жизнь. Конечно, его хватит ещё очень надолго, но это не меняет сути. Если ничего не изменится, Идеальный Паразит погибнет. Даже если Мерхн отпустит его неделимую частицу живой, он смертельно рискует. Вокруг нет никакой пищи, кроме разве что фотонов.