Часовое имя

Поэтому самые умные часовщики делают два уголка — поверхностный, в который легко пробраться сразу через часолист, и тайный, куда можешь войти только ты. Такое часто делают, ну, скажем, защищаясь от излишнего внимания родителей.

— А-а, значит, твои родители так поступали, да? — с любопытством спросила Василиса. Она ведь вообще ничего не знала о семье Ляхтичей.

Реакция Марка ее изумила: черные зрачки его глаз вдруг сузились, а лицо стало одного оттенка с волосами — пепельно-серое.

— У меня нет родителей… — с усилием произнес он, на какое-то время став прежним Марком — злым и надменным.

Василисе стало неловко.

— Я же не знала, прости, — пробормотала она. — А то не спрашивала бы.

Марк глухо вздохнул, словно сдерживая гнев.

— Ничего страшного… Все равно я никогда их не видел.

Судя по всему, эти слова дались ему очень нелегко. Он посмотрел на Василису с вызовом, как будто ожидал насмешки с ее стороны. Поэтому девочка поспешила сама перевести разговор на прежнюю тему:

— Так, значит, это будет два личных уголка, но один в другом, да?

— Именно так, Василиса. Это сложно, поверь мне, но я сделаю это для тебя в доказательство своего доброго расположения.

От Василисы не укрылось, что Марк назвал ее по имени. Может, он действительно решил стать ее другом?

— Ну, посмотрим… — пошла она на попятную. — Это интересно, конечно… Погоди, — вдруг пришла ей в голову мысль. — А разве для этого тебе не надо знать мое числовое имя?

Марк дернул уголком рта, словно девочка сказала о чем-то неприятном.

— Ну да-а, — протянул он. — Но не беспокойся, я не буду болтать. Я даже согласен сказать тебе свое… В знак доверия между нами. — Черные глаза блеснули, отразив свет настенного светильника.

— Я подумаю, — уклончиво произнесла Василиса. — А теперь извини, мне надо вернуться к себе, уже поздно.

— Не смею задерживать. — Марк снова схватил ее за руку и слегка пожал ее. — До свиданья, Василиса.

— Ну пока…

— Да, послушай-ка! — донесся до нее голос Марка, когда она почти скрылась за поворотом. — А кто сделал тебе личный уголок?

— Отец! — почему-то соврала Василиса и, больше не слушая, припустила дальше. Ей совсем не хотелось говорить о Фэше да еще с кем, с Марком!

Наступило пятнадцатое мая — день рождения Норта и Дейлы. С самого утра в замке царила суматоха. В зале с фонтаном слуги накрывали столы, расставляли подсвечники, вазы с цветами и серебряную посуду. Весело щебеча, вереницы маленьких фей летали по залам и коридорам, украшая стены, окна и перила лестниц гирляндами живых цветов. Воздух благоухал ароматами жасмина и роз, с кухни доносились невероятно соблазнительные запахи выпечки.