Человеческий улей

— Заблудились?

— Дорога кучу поворотов успела сделать, а компаса у нас нет. Поди пойми, где теперь этот запад, он может быть в любой стороне.

— А звезды?

— Ну давай, астроном, посмотри в окно. Вот приоткрой и глянь как следует. Не пожалеешь. Или пожалеешь очень крупно. Там тебя ждут сюрпризы."

"Прошлой ночью Карату было столь нехорошо, что изучить небеса не догадался. А ведь там было на что взглянуть. Никаких признаков хоровода планет, что в общем-то еще можно как-то объяснить, да и в глаза не сильно бросалось. Со звездами все куда сложнее. Их не больше сотни, но небо при этом не выглядит пустынным, потому как некоторые из далеких светил достигли угрожающих размеров — будто горошины разных цветов, а парочка так вообще чуть ли не мелкие вишни.

Света давали столько, что видимость получше чем во время полнолуния. И все это добро неравномерно рассеяно меж светящимися туманными сгустками зловещего вида. К атмосферным облакам они явно не относятся — что-то очень неблизкое, космическое.

— Ну как, астроном, насмотрелся? — не без злорадства поинтересовался Карат, когда Антон начал закрывать окно.

— Ч… ч-что это такое?!

— Я тебе не Галилео Галилей, ответить не могу. Одно лишь скажу точно — мы очень далеко от родного дома. Правда, я это и без звезд понимал.

— Господи…

— Да ладно тебе, не пугайся понапрасну. Радоваться надо.

— Чему?!

— Да хотя бы тому, что звезды здесь пусть и странные, но не торопятся тебя съесть.

— Это не смешно.

— А я и не шучу. Неужели не рад этому? Ну так порадуйся тому, что звезды здесь вообще есть. Значит, мы в понятной и привычной вселенной… ну или не совсем понятной.

А то я уже думал что нас занесло туда, куча даже черти дорогу не знают.

— Лиля? Эй?! Лиля?! Лилечка!

— Да спит она, не буди.

— Как-то странно она спит! Так не спят!

— Мы ее минут двадцать назад смотрели на остановке. Вроде бодрая была. Ты пульс потрогай.

— Да трогаю я! Трогаю! Нет у нее пульса! Нет! О! Вроде появился! Да! Точно! Бьется сердце! Бьется! Но… ты… Лиля!!!

За спиной послышался душераздирающий крик и почти сразу вслед за этим приглушенное урчание. Затылок Карата моментально оледенел, он ударил по тормозам не выжав сцепление, отчего двигатель моментально заглох, неуправляемая машина пошла юзом по ровной чистой дороге.

Не дождавшись полной остановки распахнул дверь, выскочил, не удержавшись прокатился по асфальту больно приложившись коленом. Хвостатый спутник проделал это куда элегантнее и, развернувшись, выгнул спину, начал душераздирающе шипеть вытаращившись на остановившийся автомобиль.

Вскочив, Карат в три прыжка донесся до задней двери, раскрыл, ухватил Антона, выдернул его будто репку из грядки.