Человеческий улей

Страшные они, как моя жизнь, но после литра водки тебе не все ли равно будет.

— Ни водки, ни баб не будет. Без меня отрывайся.

— Это ты сказал не обдумав вопрос в свете глубокого понимания демографической ситуации?

— Ты сам-то сейчас понял, что спросил?

— Уж прости, язык не успевает за мыслями. Ладно, сформулируем чуть иначе. Вот скажи, много ли баб ты тут видел за все время?

— Одну. Одежду приносила, когда моего размера на витрине не оказалось. И еще одну на улице.

— То есть видел всего лишь парочку. А мужиков, я так думаю, встречал куда больше?

— Я прямо сейчас вижу семерых.

— И тебя это не удивляет?

— Меня тут почти все удивляет.

— Дети не выживают, первыми уходят. Потом съедают баб, мало кто из них приспособлен к реальной жизни. В итоге мы имеем ситуацию, где на десять свежих иммунных мужиков приходится одна фемина. Как правило — та еще крокодилица, но здесь она все равно на положении принцессы. Тем более тут стаб на самом краю мира, дальше нет ничего подобного. Кто от Внешки выходит, здесь первым делом оказывается. А между прочим гормоны у иммунных бурлят, что у подростка. Припечет тебя, на стену с воем полезешь. Тут у нас обычное дело, когда пустышку из свежих ловят, связывают, и всем кагалом имеют. Оральные ласки, как ты понимаешь, при такой любви категорически противопоказаны, и особой романтики от подружки не жди, но все остальное пожалуйста. И не надо кривиться, сам такое скоро делать начнешь, если и дальше будешь носом крутить. Ну так что, я закажу у Хвата отдельный кабинет и парочку лялек? Ну или одну можно, вертолетом разложим, оно дешевле выйдет и даже как-то по-дружески.

— Если они все такие же как та, которая одежду приносила, то я пас. Лучше и правда свежую мертвячку поймаю. Да можно и несвежую, все равно посимпатичнее будет.

— Экий ты у нас привередливый. Ну я посмотрю на тебя потом, если доживешь. А насчет вкусной водки, так понимаю, согласие полное?

Карат покачал головой.

— Крестник, ты брось из себя монаха корчить. Тут быстро свихнуться можно, если разрядку себе не давать. Для этого такие веселые стабы и держат. Тут же ничего кроме бухла и потасканных баб нет. Вообще ничего. Просто охрана, бабы и бухло. Полный список того, что надо в первую очередь. Мы приносим сюда хабар, спускаем его в ноль, даем нервишкам отдых от Улья. И нам хорошо, и местные при деле. За банкой пива сюда никто не приходит, смысла нет так мелочиться.

— Значит, я буду первым.

— Этой дурью долго страдать не будешь, станешь как все, даже не сомневайся.

— Посмотрим.

— Вот и увидишь. Как ты тогда отмазался? Удрать успел? Но как? Он ведь меня быстро оставил, хитрый зараза, все уразумел сходу. Так как?

— Я его убил.

— Тебе почему-то верю. Так ты точно выпить не хочешь?

— Точно.

— А я, если не возражаешь, еще бахну. И не раз.