Человеческий улей

Сбоку в обвязке пристроился топор, на этот раз куда лучше первого, таким в случае необходимости можно отмахаться от пары бегающих мертвяков.

И еще одной вещью обзавелся — транспортом. Неплохим велосипедом, удобным и легким. С машиной связываться побоялся. Звук мотора слышен далеко, уши у тварей работают на «отлично», а Карат не забыл тот «уазик» с оторванной дверцей. Как не забыл и его съеденного водителя.

А уж того гада, который будто податливый картон рвал автомобильную жесть, он и на смертном одре помнить будет.

Обернулся на околице, прощаясь с деревней. Не очень щедро она его одарила, но и не добавила отметин на коже и расшатанной психике. Объехал россыпь коровьих костей посреди дороги, затем еще одну, а потом закрутил педалями по настоящему.

Грунтовка добротная, но свежих следов нет вообще. То есть непопулярная, и это радует. Остается надеяться, что именно сейчас никому не взбредет в голову по ней прокатиться на грузовике с пулеметом и полным кузовом туповатых ребят.

* * *"

"На первый взгляд новое место не выглядело особо перспективным. Такое же скопище деревенских домишек, утопающее в зелени. Но дальше, в нескольких сотнях метрах, вздымалась громадина элеватора. А это уже не забытый всеми хутор, это куда серьезнее. Там, очень может быть, и железная дорога подведена для вывоза зерна. Население не самое маленькое, неудачников уже подъели, потому как шатающихся мертвяков не видать нигде, но на их месте могли остаться более успешные твари. И в них можно разжиться споранами, а это для Карата сейчас очень важно. Голова трещала так, будто в ней оборудовали гнездовье дятлов, сильно мутило и жажда сушила, а от компота не осталось ни капли.

Оставил велосипед на краю лесополосы и, сжимая ломик в руках, начал продвигаться в сторону элеватора используя любую возможность укрыться и осмотреться. Возле первого же забора обнаружил почти чистые человеческие кости разбросанные на несколько метров вокруг. Кто-то тут как следует попировал. Шмыгнул в приоткрытую калитку, далее некоторое время крался по огородам. Перебираясь через очередной забор нечаянно приложился раной о штакетину, едва не заорав от избытка ощущений.

Потом несколько минут приходил в себя, заодно прислушиваясь к окружению. Птички чирикают, кузнечики поют, мертвяки не урчат и других подозрительных звуков тоже нет, но это не успокаивает. А что если во всем этом поселке осталась одна-единственная тварь, сожравшая все остальное население? Мелкой она явно не будет, такую топором и ломиком серьезно огорчить не получится.

Очередной дом привлек его внимание. То есть не сразу, а после того как на прилегающей к нему территории Карат заприметил сразу несколько человеческих костяков. Такой плотности застарелых следов смерти он до сих пор не встречал.