Чекисты

"

"Уверенность, что новый директор Зорин и есть махровый враг народа, у нас была стопроцентная. Мы организовали в отношении его аккуратное наблюдение. Но ничего компрометирующего не нарыли. Дом – работа – дом. На заводе он торчал порой сутками, но организовать нормально производство, как это делал Алымов, у него не выходило. Или, наоборот, цель была в дезорганизации производства? Хотя вряд ли. Агент на новом месте обычно должен закрепиться, проявляя чудеса трудолюбия и эффективности. Просто не умеет и не знает.

С новостями зашел в мой новый кабинет Фадей. Теперь он исполнял обязанности начальника УГБ.

И у нас на повестке дня задача – что делать с Зориным?

– Нет у него постоянных контактов с «Картелем», – отметил Фадей.

– Думаю, его, приподняв до директора, на время законсервировали, – поддакнул я. – Дают обжиться. И не хотят засветить. Это положение может длиться и месяц, и полгода.

– И год, – Фадей закурил свой самосад.

– Против нас играют в долгую.

– И ты что, предлагаешь год ждать?

– Нет, конечно. Ситуация не позволяет. За год от завода останутся рожки да ножки. Или его опять взорвут.

Собираем материал и задерживаем Зорина. Материализовывать из окружающего эфира нужные доказательства не только Грацу дано.

– А безвинные сидельцы? Алымов, Шалва. С ними что прикажешь делать?

– Пока ничего. Посидят еще. Не растают…

Для Москвы позицию мы решили держать железную: установлено, что Грац был врагом, сумевшим проникнуть в сплоченные чекистские ряды. На должности начальника специальной следственной группы он вредил где только мог. Значит, к его материалам, особенно громким, требуется относиться с подозрением. Многие из них были способом осуществления вредительской деятельности.

Только для кардинальных шагов мне нужны были время и оперативный маневр. Так что старое руководство завода пока что продолжало сидеть в нашей внутренней тюрьме. Создавалась иллюзия, что следствие продолжается и вот-вот прозвучит суровый приговор. Только теперь я полностью держал его в руках, поручив особой бригаде, где не было ни одного из людей Граца.

За пару недель, правдами и неправдами, мы подбили материал на Зорина. Тут пригодились и показания «Моисея», того самого агента, который топил всех по делу «Пролетарского дизеля».

Я его вытащил из лесничества и дал на подпись слезливую историю, где обыгрывалась зловещая роль Граца, упоминалось о принуждении им свидетеля к даче ложных показаний. И еще напрямую указывалось, что главный злодей – это не кто иной, как новый директор «Пролетарского дизеля».

Конечно, этого было маловато. Но не страшно. Притянули до кучи за уши еще несколько доказательств. Главное же не сермяжная правда, а основания. Хотя правда была тоже за нами.