Человек-невидимка в стразах
Неприятности льются мне на голову водопадом! Я, Виола Тараканова, попала в сплошную полосу невезения! Новая книга не пишется, аванс в издательстве не дали, ремонт в квартире затягивается, кредит в банке просрочен, да еще в аварию попала. Лежу теперь на каталке в коридоре какой-то облезлой больницы. Только что пришла в себя и обнаружила – обувь забрали! Босиком, что ли, в транспорте через всю Москву ехать?! Но мир не без добрых людей: случайно встреченная женщина дала денег на кроссовки, а сосед по койке оказался соседом по дому, домчал с ветерком да еще предложил работу. Живем! Кстати, и новое расследование нарисовалось – надо помочь Римме Марковне Васюковой разыскать похищенного сына. «А был ли мальчик?» – как говорил классик. Интересно все поворачивается! Вот и сюжет для детектива!
Как-то раз Паша очутился с Темой один на один в раздевалке и со словами: «Покажи, что в штанах прячешь», – сдернул с одноклассника спортивные брюки.
Тема взбесился, накинулся на обидчика, Паша достойно ему ответил, мальчишек с трудом разнял физрук. Ну, а потом Артем разрезал себе руку и, капая кровью на тетрадь Паши, поклялся: «Я тебе отомщу – всю правду расскажу». Хитрук онемел, одноклассники замерли, а Васюков наклонился к Павлу и шепнул:
– Я знаю про гараж, Александра и Майю. Я все видел! Я тебя узнал! Бойся меня!
На следующий день Павел не пришел на занятия. Роман спешно забрал сына из школы.
Римма Марковна, узнав правду, налетела на Тему:
– Почему ты мне не сказал, что в класс пришел Хитрук?
– Не думал, что он ко мне привяжется, – ответил Артем. – Да и что такого? Я сам могу с ним справиться.
Римма Марковна снова сменила квартиру. Потом Тема пошел в художественное училище, Рогачева и Константиновская подобрали новую комбинацию препаратов, и вроде бы все улеглось…"
"– Странно, что Хитрук-старший не захотел встретиться с Темой, чтобы выяснить, откуда он узнал правду о Саше, – вздохнула я. – По логике вещей ему следовало предпринять какие-то меры, чтобы обезопасить Павла.
– Вот тут ничего не скажу, – развела руками Евдокия Матвеевна. – Может, они и пересекались, но мне об этом неизвестно. А после той малоприятной истории последовало несколько спокойных лет. Тема вел себя замечательно, даже подружился с девочкой, забыла, как ее звали…
– Катя Фирсова, – подсказала я, – она уехала на стажировку в Штаты.
Доктор смахнула со стола невидимые крошки.
– Точно. Римма была просто счастлива, ее Тема проявил интерес к противоположному полу. Но потом Катя отправилась в Америку, и Артем стал проводить вечера в одиночестве.
Константиновская перестала возить ладонью по столешнице и стала разгибать железную скрепку.
– Он нас всех обманул. И я, и Людмила, и Римма считали, что период трансформации благополучно пройден. Агрессии Артем не показывал, Саша после той школьной истории никогда не проявлялась, доза лекарств постепенно стала минимальной. Последние годы, приходя в НИИ на осмотр, Тема демонстрировал безупречное поведение. Римма не могла на него нарадоваться. Племянник работал, учился, гром грянул буквально среди ясного неба…
В середине декабря Константиновская и Рогачева улетели в Токио, в Японию их пригласили коллеги для обмена опытом. Рабочая программа была рассчитана на двадцать пять дней, после ее окончания принимающая сторона сделала российским коллегам подарок: тур по стране. Евдокия Матвеевна с радостью согласилась, она любит путешествовать, а вот Людмила Павловна решила вернуться в Москву. Рогачевой не понравилась Япония.














