Человек с котом
Неведомая и безжалостная сила вырывала фрагменты различных миров вместе с их обитателями и складывала из них чудовищный пазл в мире Улья. Большинство новичков, людей и животных, превращались в зомби и кровожадных монстров. Лишь немногие счастливчики, среди которых оказался и Карат, становились иммунными. На долю этого рейдера выпало немало невзгод и жесточайших схваток. Но внутреннее благородство, помноженное на мужество, помогало ему бороться с предательством окружающих и выходить победителем из самых невероятных ситуаций. А впереди ожидали новые испытания и новые удачи…
Отъездил свое, теперь это хлам, металлолом, сила взрыва такова, что коробку искорежило, уродливо повело, и полыхает так, что близко не подойти. Останется один выжженный остов, такие почти мгновенно неприглядно ржавеют и спустя всего лишь несколько дней выглядят пострадавшими на давней войне.
Забраться внутрь пока что невозможно, да и зачем? Выжить там нереально, в лучшем случае вытащишь уже порядком обуглившиеся тела.
Бессмысленно это.
В горевшем позади грузовике начало часто взрываться что-то мелкое, Карат инстинктивно пригнулся. В этот момент из мрака вышел Рэм, бесстрашно встал во весь свой немаленький рост рядом с валяющейся на асфальте башней, неотрывно уставился на горящую коробочку.
Карат скосил взгляд в сторону от горящей брони, убедился, что командир отбрасывает тень. Вроде бы у призраков ее не бывает, потому что они сами по себе – тени умерших. И вообще мистикой не пахнет, Рэм не выглядит гостем из склепа.
– Ты живой? – только и смог выдавить Карат.
Рэм медленно кивнул:
– Я живучий, Карат… я чертовски живучий.
Почему командир не может сказать это по рации, Карат не знал. Возможно, не работает, вон разгрузка на Рэме разорвана, похоже, осколок вскользь прошел или пуля. Да и нечего голову ломать, приказ есть приказ, пусть даже его отдал восставший из мертвых.
Добежав до грузовика, Карат припал к асфальту рядом с лежащим за колесом Ханом и, стараясь говорить предельно спокойно, доложил:
– Рэм живой. Сказал тебе подойти к бэтээру.
– Чего?! Рэм живой?! Твою мать, ты совсем тронулся, что ли?!
– Да говорю тебе – живой! Я и сам поверить не могу.
– Как такое может быть?!
– Не знаю, всякое бывает. Его могло при взрыве выкинуть из машины. У него разгрузка сильно порвана, может, и ранен.
– Карат, да ты в своем уме, мать твою?! Что за бред ты несешь?! Да если бы его этим взрывом из люка выкинуло, тут бы не разгрузка, тут бы… Да его бы в космос унесло, не ближе, там же рвануло чуть ли не под тонну, у меня до сих пор в башке колокола звенят! Как так?!
– Да сходи к нему и сам спроси, он передо мной отчитаться не успел.
Хан заполз за грузовик, там приподнялся, пригнувшись, направился дальше. Справа тянется ровное поле, поросшее непонятно чем, в темноте не разглядеть. Прятаться на нем негде, а за ним далеко, оттуда не всяким оружием достанешь, и не всякий стрелок на это способен, тем более ночью, так что направление можно считать условно безопасным. То есть не надо совсем уж нагло подставляться, но и не обязательно ползать на пузе, если ты просматриваешься только с этой стороны.

















