Человек с котом

Вон как четко магазин взяли под контроль: прихватили пару полицейских, согнали в одну кучку охранников и прочих сотрудников. А как проломы делают – любо-дорого взглянуть. Без промашек и заминок, технология отработана на пять баллов.

Ну а что, ведь ломать – не строить.

Перчатки снабженцам выдать не догадались, и руки быстро занемели, ведь приходилось сваливать в тележки на совесть замороженные пакеты, а затем передавать их в грузовик. Но работы тут не так уж много, потому и поставили только троих. Тихий уголок, спокойный, никто сюда не заглядывает, основное действо протекает дальше, куда ближе к кассам. Карату трудно ориентироваться в незнакомом супермаркете, но, судя по тому, что видит, грабят его не хаотично, а пусть и по простому, но плану. Берут товар в уже знакомых местах, он там раз за разом появляется, знают уже где и что.

– Челюсть ей придержи! Челюсть! Челюсть заклей, пока не заорала! – донесся из-за стеллажей близкий голос Лома.

Карат насторожился: команды старшего в одной из четверок не походили на те, которые отдаются в процессе ограбления продовольственного магазина.

А вот приглушенно вскрикнули, будто из-под ладони, которой зажимают рот."

"И крик определенно не мужской.

Вот тут он не выдержал, оставил в покое тележку, почти заполненную ледяными пакетами, и направился в сторону источника шума.

Долго его искать не пришлось, уже за вторым стеллажом обнаружил красноречивую картину: на полу лежит одна из сотрудниц, отчаянно отбиваясь от парочки сталкеров, которые удерживают ей конечности и зажимают рот. Еще один стоит в сторонке, уставившись на действия товарищей с легкой растерянностью, а Лом с треском отрывает кусок от широкого рулона скотча.

Появление Карата не прошло незамеченным, старший с насмешкой произнес:

– А ты запоздал к раздаче номеров в очереди и вообще левый. Но Студент что-то очкует, так что ладно, четвертым будешь.

С этими словами Лом нагнулся над пленницей с явным намерением приступить к заклеиванию ее рта.

– Руки убрал.

Карат произнес это без угрозы и вообще без каких-либо эмоций. Но получилось проникновенно, до любого сразу доходит. Таким голосом он однажды остановил допившегося до белочки помбура[5], который не придумал ничего лучше, чем попытаться решить свои глубочайшие психологические проблемы при помощи топора.

В тот раз подействовало, в этот тоже оказало заметный эффект. Лом замер и, передумав заклеивать жертве рот, медленно выпрямился, недобро прищурился:

– А если не уберу? Тогда что?

– Для тебя ничего хорошего. – Карат вскинул взведенный арбалет.

– Выстрелишь – тебя армейцы сразу кончат, – без страха заявил Лом.

– И что дальше? Твой труп при этом будет смеяться от радости? Да неужели? На шаг назад. Быстрее.