Гражданская жена

Заносчивая стерва. Спрашивается, чего строит из себя?! Перед кем комедию ломает?

- Ну что, работу нашла? - спросил, потому что беспокоился.

- Да, - ответила она, поворачиваясь.

Задело почему-то его это выражение торжества на лице Веры. Вроде и не должен был так реагировать, но как-то его достал этот независимо-высокомерно вид. Потому и поинтересовался, наверное:

- Да? И кем ты теперь работаешь?

- Заместителем генерального директора, - ответила она.

Стерва рыжая. Руки перед собой сложила, улыбочка, зубки торчат. Так и хотелось сказать, кому ты это грузишь, лживая ты сучка? Смешно стало.

- Да ты что? - не выдержал, расхохотался.

Кулаки сжала и аж позеленела!

- Я уже неделю работаю у Панкратова, - проговорила, глядя на него исподлобья.

Хотел спросить, а кто он такой, этот твой Панкратов? Что-то о таком не слыхал! Но она уже успела крикнуть:

- Вова, за тобой папа пришел! - потом повернулась к нему и кинула, как какому-то холую: - Ребенка привезешь в шесть.

Только рот открыл ответить, как эта рыжая стерва ушла в спальню и закрыла за собой дверь. Надо было вломиться следом, спросить, какого хрена она себе позволяет, но в этот момент сын в прихожую вышел. Не при нем же разборки устраивать.

***

В этот раз он намеревался сводить Вовку в Океанариум. Ехал, а все не мог успокоиться, тянуло вернуться и высказать... Вывела она его из себя.

Потом решил расспросить сына, что там его мамаша про работу плела.

глава 33

Опять ее трясло. Опять хотелось открыть все настежь, выветрить его гадскую давящую энергетику. Стояла у открытого окна, прислонившись лбом к створке, а душе все переворачивалось от эмоций.

К чертям. Все к чертям... Закрыла глаза, глубоко вдохнула несколько раз. Свежо. Капли дождя начали срываться, попадая на лицо. Постояла так еще немного и уже собиралась уходить, зазвонил телефон. Люська.

- Привет, Самойлова! Ну колись, как прошла первая рабочая неделя? - бодро прозвучало в трубке.

Неуемная Люська сразу принесла с собой вагон позитива.

- Хорошо прошла, правда, глаза в кучку сбились, - ответила Вера, присаживаясь на кровать.

- Тот и оно! Держи голову выше, подруга!

- Стараюсь."

"- Ибо, как сказал классик... «Если женщина идет с опущенной головой - у нее есть любовник! Если женщина идет с гордо поднятой головой - у нее есть любовник! Если женщина держит голову прямо - у нее есть любовник! И вообще - если у женщины есть голова, то у нее есть любовник!»* Кстати, а этот твой Панкратов, он как тебе? Ну, на это...??? - в голосе Людмилы сквозило извечное женское любопытство.

- Иди ты! - Вера хоть и пыталась казаться рассерженной, когда Люська начинала цитировать Раневскую, ее пробирал смех.

- Не, ну правда, нам-то его покажешь?

- Покажу, конечно, но не так же сразу, - теперь она уже откровенно смеялась.