Черная моль

Однако мне все же кажется, что смерть не должна стать вашим уделом, моя прелесть, — продолжал мурлыкать в ухо зловещий голос. — Подумайте хорошенько прежде, чем ответить. Не лучше ли выйти за меня со всеми вытекающими отсюда выгодами и почестями, чем…

— Вы дьявол! — прошептала она и стала озираться в поисках пути к отступлению.

Окно было открыто — ветер раздувал шторы — но дорогу к нему преграждал герцог.

— И все же вы не торопитесь с выводами, дитя мое. Помните: завтра будет поздно! У вас всего один шанс. Честно сказать, — он потянулся к табакерке, — честно признаться, лично мне все равно, будете вы моей невестой или нет…

Резким движением Диана высвободилась и метнулась к окну.

В какую-то долю секунды Трейси оказался на ногах, поймал ее и развернул к себе лицом.

— Не спешите, дорогая. Так от меня не уйти.

Обняв девушку за талию, он привлек ее к себе. Диану затошнило от страха и что было силы она ударила его по лицу.

— Пустите! Как вы смеете!.. О, ради Бога, ну отпустите же меня!

Но он лишь крепче прижал ее к себе, одна рука, словно клещи, придерживала запястье, другой он обнимал ее за плечи.

— Нет уж, придется вам остаться, — улыбнулся он со злорадством, жадно оглядывая ее прекрасное гневное лицо.

Огромные карие глаза сверкали, чувственные губы вздрагивали в гримасе отвращения. Секунду он любовался ей, а потом нагнулся и впился губами в алый рот.

Диана была не в силах ни сопротивляться, ни кричать. Томительная дурнота навалилась на нее, в голове все помутилось. Бедняжка едва дышала.

— Нет, клянусь Богом, уже поздно… — пробормотал герцог. — Вам лучше остаться, мадемуазель. У вас просто нет другого выхода…

И тут случилось непредвиденное.

В последнем отчаянном усилии высвободиться Диана произнесла вслух имя того, кто, как она считала, находится в сотнях милях, где-то страшно далеко, за морями, и в ту же секунду ей ответил хрипловатый, полный холодной ярости голос:

— Вы ошибаетесь, Бельмануар!

Чертыхнувшись, Трейси отпустил девушку и развернулся.

На фоне темного окна со шпагой в руке и угрожающим блеском в синих глазах стоял милорд.

Трейси не сводил с него глаз, на лице его застыло выражение крайнего изумления.

Диана, едва веря своим глазам, потрясенная этим чудесным спасением, слепо шагнула к Карстерсу.

— Слава Богу! Слава Богу! О, Джек! — воскликнула она.

Он подхватил ее в объятия и бережно усадил на диван.

— Неужели вы сомневались, дорогая, что я приду?

— Но я думала… вы во Франции! — прорыдала она и уткнулась лицом в подушки.

Карстерс обернулся к герцогу.

Трейси, оправившись от первого потрясения, разглядывал его через лорнет.

— Вот уж поистине нечаянная радость, милорд, — насмешливо и высокомерно протянул он.

Диана, удивленная этим обращением, вскинула глаза на Карстерса.