Черная моль

"

"— Слишком уж белые у тебя ручки для твоего-то ремесла, — заметил он и ухватил Джека за запястья покрепче, когда тот сделал попытку вырваться. — Э-э, нет, ничего не выйдет! А ну-ка, идем со мной, дружище!

Джек отпрянул.

— Но моя кобыла! — запротестовал он, и О’Хара уловил в его тоне искреннюю озабоченность.

— О ней не беспокойся, — сказал он. — Эй, Джордж!

К нему подскочил кучер.

— Да, сэр?

— Видишь вон ту кобылу? Отгони ее домой. Сможешь?

— Да, сэр.

— Сомневаюсь… — пробормотал Джек.

И не только он усомнился, но и Дженни. Она напрочь отказывалась позволить этому чужаку оседлать себя.

Ведь хозяин оставил ее ждать в определенном месте и она намеревалась стоять там, пока он сам не отдаст команду двигаться дальше. И напрасно пытался задобрить и подстегнуть ее кучер. Она лишь танцевала вокруг него, совершенно при этом преобразившись — уши плотно прижаты к голове, зубы оскалены — готовая лягнуть при первом удобном случае.

Джек наблюдал за бесплодными попытками Джорджа и на губах его возникло подобие улыбки.

— Дженни! — тихо окликнул он.

О’Хара, нахмурившись, резко обернулся к нему.

Ведь Джек совершенно бессознательно заговорил собственным голосом, и этот голос показался Майлзу отдаленно знакомым.

Дженни выдернула уздечку из рук вспотевшего кучера и бросилась к пленнику.

— Вы не освободите мне хотя бы одну руку… сэр? — спросил он. — Может, я сумею ее укротить.

Майлз безмолвно отпустил его, и Джек ухватил кобылу под уздцы, бормоча нечто нечленораздельно ласковое тут же присмиревшей кобыле.

О’Хара наблюдал, как холеная породистая рука нежно потрепала гриву лошади, и снова нахмурился.

Нет, на обычного разбойника этот человек явно не похож.

— А теперь садись на нее, слышишь? — бросил Джек кучеру и, ухватившись за поводья, придержал лошадь. Джордж повиновался. Похлопав кобылу по шее, задержанный обернулся к Майлзу. — Теперь она пойдет, сэр.

О’Хара кивнул.

— Славно ты ее выучил. Давай, полезай в карету!

Джек повиновался, через пару минут Майлз последовал за ним. Карета тронулась. Какое-то время в ней царило молчание. Карстерс старался держать себя в руках. Мысль о том, что путешествие скоро закончится и что после этого он уже больше никогда не увидит своего друга, казалась совершенно невыносимой.

Его так и подмывало сжать эту крепкую руку в своей…

Майлз обернулся и стал вглядываться в темноте в лицо, прикрытое маской.

— Вы джентльмен? — спросил он без обиняков.

Но Джек был готов к этому вопросу.

— Я, сэр? Господи, ясное дело, нет, сэр!

— Я вам не верю! Не забывайте, я успел разглядеть ваши руки.

— Руки, сэр? — продолжал изображать непонимание Карстерс.