Черная война
Первая дилогия ведущего писателя-фантаста, уже ставшая классикой нового жанра – боевика о «попаданцах». Диверсант из будущего, ветеран легендарной группы «Альфа», на Великой Отечественной войне. Провалившись в 1941 год, он выжил в теле матерого зэка – «ЧЕРНОГО БУШЛАТА», переиграв лучших оперативников НКВД и Абвера. Он воевал в штрафной роте – «ЧЕРНОЙ ПЕХОТЕ», как окрестили штрафников гитлеровцы. За ним охотятся все спецслужбы Рейха, по его следу идут личные «волкодавы» Гиммлера, а присланная на помощь разведгруппа НКВД имеет приказ ликвидировать «попаданца» при угрозе его захвата противником. Отрезанный от Большой земли, в полном окружении, он сколачивает отряд из остатков штрафной роты и взвода морпехов – и принимает бой, чтобы изменить прошлое и переломить ход Великой Отечественной войны.
– Лихо! Ну, лады, тогда потопали.
Поднявшись на несколько этажей, мы остановились перед решеткой. Парень с пистолетом достал ключи и открыл замок. До чердачной двери осталось подняться еще на один пролет. Вперед выдвинулся автоматчик.
– Я на крышу. Осмотрюсь там и дам сигнал. Двигайтесь сразу после этого.
Он осторожно, прижимаясь к стене, подошел к чердачной двери, приложился к ней ухом. Присел. Внизу, на лестнице, завизжала под ногами обвалившаяся штукатурка. Парень с пистолетом рванулся туда.
– Куда тебя черти с «макаром» понесли?! Тут сиди! – Я прижал его рукой к решетке.
Не слушая его возражений, я спустился на пролет вниз. Прислушался. Тихо. Кто бы там ни был, наверх он явно не торопился.
Наверху заскрежетала, отворяясь, чердачная дверь. Я поднял голову…"
"Бух! – И на моих глазах из щитка освещения вырвался сноп пламени. Охранник стоял в метре от этого места… Навстречу этой вспышке, сверху, выбросило еще один клуб дыма. Двойной заряд! Этот путь отхода тоже просчитали… Сколько бы нас ни стояло сейчас на лестнице, между этими двумя зарядами – по всем можно было уже петь отходную.
– Александр Сергеевич? Товарищ Котов? Вы там живы? Это Жуков, участковый ваш!
Во как? Как это он так сразу помолодел? Ему же лет сорок пять и голос хрипловатый, с одышкой. Чего это он сюда приперся? Да еще так быстро? От опорного пункта сюда метров пятьсот, не меньше. Он что, летел? Не Жуков это.
Шаг, шаг, еще один… Я присел на пол, почти лег, упираясь руками в пол. Не очень удобно, зато увижу ноги «участкового» раньше, чем он увидит меня. У пола пылевая завеса не так густа, а дым от взрыва так и вовсе поверху идет. Ага! На площадку ступила нога. Ботинки черные, почти как форменные милицейские.

















