Черная война
Первая дилогия ведущего писателя-фантаста, уже ставшая классикой нового жанра – боевика о «попаданцах». Диверсант из будущего, ветеран легендарной группы «Альфа», на Великой Отечественной войне. Провалившись в 1941 год, он выжил в теле матерого зэка – «ЧЕРНОГО БУШЛАТА», переиграв лучших оперативников НКВД и Абвера. Он воевал в штрафной роте – «ЧЕРНОЙ ПЕХОТЕ», как окрестили штрафников гитлеровцы. За ним охотятся все спецслужбы Рейха, по его следу идут личные «волкодавы» Гиммлера, а присланная на помощь разведгруппа НКВД имеет приказ ликвидировать «попаданца» при угрозе его захвата противником. Отрезанный от Большой земли, в полном окружении, он сколачивает отряд из остатков штрафной роты и взвода морпехов – и принимает бой, чтобы изменить прошлое и переломить ход Великой Отечественной войны.
Поодиночке – вымерзнем к утру, а так и костер горит, и друг друга обогреем."
"Ночью снег повалил совсем густо. Просыпаясь, чтобы подбросить дров, я слышал, как шуршат снежинки снаружи. Марина, как котенок, прижалась ко мне сбоку, и, вставая, я каждый раз осторожно ее сдвигал в сторону.
Под утро мне стали сниться какие-то непонятные сны. Серега в бане, почему-то с «СВД», узбеки с винтовками. Горящий бэтээр – где это? Афган? Чечня? Бородатый «дух» с пистолетом, который прятался за спиной знакомой девушки. Да это же Маринка! Я рванулся вперед… и проснулся. Утром подморозило, но в шалаше было относительно комфортно. Судя по тому, что внутри было темно, снег засыпал нас весьма основательно. Костер потух, и, выбравшись из-под полушубка, я присел к нему, стараясь раздуть угли. Благо запас дров был внутри и вылезать наружу не было необходимости.
За спиной завозились.
– С добрым утром, Котенок!
– С добрым утром, дядя Саша!
– Не замерзла ночью?
– Нет, хорошо было, я даже сон видела.
– Мирный сон-то?
– Да, маму видела. Девчонок из школы.
– Надо же… А у меня все какая-то хрень снилась. Не отпускает война, даже и во сне. Поройся там, в мешке, консервы давай, галет пачка должна быть – ее тоже тащи. Вода – во фляге. Котелок достань, воды согреем.
После перекуса я занялся военной подготовкой. Начал учить Маринку правильно ходить, смотреть. Показал ей, как работать с пистолетом с правой и с левой руки.
– Так, для начала – учимся ходить.
– Как это?
– Как и все – ножками. Встань в стойку, как если бы ты стрелять собралась.
Маринка приняла буденновскую стойку. Меня аж повело. – Так. Этот маразм забудь как страшный сон. Чтобы я тебя в такой неприличной позе больше не видел никогда.
У нее покраснели щеки.
– А что же тут неприличного, дядя Саша? У нас так все стреляют.
– Щас все начнут с моста вниз головой сигать, следом прыгнешь, за компанию?
– Нет.
– А тут что, голову включать не надо?
– …
– Значит, так. Стоим ровно, не напрягаемся, ноги расставлены примерно вот так, видишь?
– Да.
– Покачайся туда-сюда. В ногах не должно быть напряжения, усталости. Они свободно двигаться должны. Попробуй повернуться на них влево-вправо.
Она повертелась.
– Ну как? Ногам не неудобно?
Подвинув ноги, она снова повернулась несколько раз.
– Вот так вроде бы ничего.
– Отлично. Теперь бери в руки пистолет. Я сказал, в руки!
– Так я же…
– В обе руки! Пистолет в правую, левой рукой его поддерживаешь чуть снизу.
– Так?
– Ну, примерно так. Руки не напрягай, слегка в локтях согни. Чтобы как пружинки были. Попробуй ими туда-сюда подвигать. Как птица клюет, так и пистолетом клюй. Постарайся им в сторону цели попасть.
Маринка попробовала. Получилось не очень.
– Еще раз. Ну, хоть что-то… Теперь смотри.
Я несколько раз повернулся из стороны в сторону.

















