Черные ножи

Я вас поздравляю!

Это же надо было так проколоться! Сейчас-то я понял, кто именно стоял за всей этой историей. Недаром же мне показалось, что Куликов при первом и единственном допросе не стал копать глубоко. Он проскочил поверхностно по ключевым точкам, и не больше. Но при желании запросто мог раскрутить всю историю, и вытрясти из меня, Лехи и членов бригады все, что мы скрывали. Не больно-то ловко мы прятали наши тайны, и такой опытный человек, как Куликов, обязан был расколоть каждого из нас практически мгновенно. Однако… он этого не сделал. Я приписал успех своим способностям разведчика, но я ведь далеко не Николай Кузнецов*, и слишком переоценил свои силы.

*Разведчик и партизан, лично ликвидировавший одиннадцать немецких генералов.

Куликов все знал, именно поэтому и не копал глубоко — это ему не было нужно. За всеми действиями Зуева стоял он, и его же человек вырубил Леху. Скорее всего, и покушение на меня было делом рук лейтенанта. Почему он не убил нас после, когда имелась такая возможность? Банально было не до того. Толку от нас, как с козла молока. Мы ничем, по его мнению, не могли помешать дальнейшим планам. Однако помешали.

Кем он был, глубоко законспирированным агентом Абвера или предателем из местных, я не знал. Но предположил первое — слишком уж глубоко он был внедрен, по долгу службы имел доступ к множеству государственных тайн и секретов, лично рекрутировал исполнителей, и, судя по всему, лично же убирал тех, в ком усомнился — очень уж мутная была история гибели бригады Зуева.

— Ты владеешь немецким, Буров? — хищно прищурился лейтенант Куликов, или как там его звали на самом деле, но пистолет при этом не опустил и не отвел в сторону. Малейшее движение с моей стороны, и он выстрелит, в этом я не сомневался ни секунды. Все, что требовалось, отвлечь его внимание хотя бы на мгновение… — Я так и знал, что именно ты и есть враг!

— Я — враг? — расхохотался я, впрочем, это вышло не слишком естественно. — А что тогда здесь делаете вы?

— Получил от тебя ложный сигнал, но сообщил по инстанции наверх, сам же, когда состав проходил мимо завода, сумел заскочить на степени. Обнаружил трупы машиниста и кочегара. Пытался остановить состав, но ничего не получилось…

— Почему не получилось?

— Рычаг сломан! — взмахнул левой рукой Куликов. — Преступник, очевидно, выломал его до того, как сошел с поезда.

Я не верил ни единому его слову, четко осознавая, что передо мной стоит враг. Настоящий, матерый, хищный и чертовски опасный.

— А весьма сомнительный рабочий завода Буров, непонятно каким образом оказавшийся здесь, погиб, — пояснил с печальным видом лейтенант: — Ты очень вовремя появился и слишком примелькался.