Черные георгины

– Кстати, какой у тебя ай-кью? – Или это невежливый вопрос?

– Не знаю. – Она пожала плечами. – Меня тестировали, когда я была маленькой, и моя мать всегда уничтожала результаты, полагая, что если я буду знать коэффициент, это повлияет на мои решения. Оглядываясь назад, я понимаю, что она была права. Не думаю, что ай-кью можно по-настоящему измерить; число всегда будет произвольным. Мне интересно многое, но не произвольное число, которое бы меня определяло.

– Гениальность передается по наследству, верно? Учитывая, что ты и твоя сводная сестра – обе вундеркинды.

Она напряглась.

– Полагаю, да, но я никогда не была знакома с нашим биологическим отцом, так что не могу сказать.

– Ты все еще ищешь его?

– Да. – Ее глаза блеснули. Отец Лорел был проповедником в местной церкви, но несколько лет назад пропал. ФБР все еще искало его с тех пор, как нынешний проповедник подал заявление об исчезновении.

Гека это не касалось, если только его исчезновение не было связано с криминалом.

– Как думаешь, он жив?

Она потянулась вперед и убавила нагрев.

– Я не знаю, жив он или нет. Я знаю, что он встречался с моей сводной сестрой, когда она вернулась ненадолго в город. Если она испытывает к нему такие же чувства, как и я, то, возможно, его уже нет в живых.

Гек сглотнул.

– Не знал, что ты так к нему относишься.

– Я очень плохо к нему отношусь. – Лорел помолчала, словно решая, стоит ли делиться с другом подробностями. – Он изнасиловал мою маму, когда ей было семнадцать, и у нее родилась я. Мой дядя Карл подрался с ним и получил травму головы, которая мучает его по сей день.

– Мне очень жаль, что так случилось.

Она пожала плечами.

– Мне тоже. Столько открытий сразу. За один месяц я узнала, кто мой отец, который должен быть привлечен к ответственности за свои преступления, и что у меня есть сводная сестра, которая так же умна, как я, если не умнее.

Гек кивнул.

– Знаю, мы не можем этого доказать, но я думаю, что она помогала покрывать преступления своего брата, пока не застрелила его, чтобы спасти тебя. – Он вздохнул. – Судя по ее прошлому – сначала ее забрали у отца, по-видимому плохого парня, а потом отдали в колледж в юном возрасте, – в ней сильно стремление защитить семью.

– Да, она не была так защищена, как я, и не получила той любви, которую получила я.

– Тебе жаль доктора Кейн? – Он предпочитал относить Эбигейл к категории врачей, потому что инстинктивно чувствовал – она опасна.

– Да, – тихо сказала Лорел. – Я часто задаюсь вопросом, какой бы стала, если бы выросла одна, как она.

Он взглянул на нее.

– Ты была бы такой, какая есть. Ты борешься со злом. Это важно.

Она поиграла сережкой.