Чернокнижник. Черная Месса

— Negante!

Черный дым, обволакивающий юношу, показался лишь пятном краски, по сравнению с тем мраком, что вырвался изо рта мага. Оживший океан тьмы затопил бесконечное пространство и то задрожало мыльным пузырем. На этот раз приступ морской болезни показался Думу чем-то приятным. Хоть что-то человеческое в этой бездне.

Чувство полета исчезло, и парень рухнул на ступеньки. Ребра отозвались ноющей болью. Черная дыра исчезла, тени втянулись в стены, но бесконечные ступени даже не думали сокращаться. Напротив. Стоило только моргнуть, как их количество тут же увеличивалось по меньшей мере вдвое.

— Значит тебе было мало?

На этот раз Алекс вложил в заклинание ярость и гнев. Он словно накрутил на штангу дополнительный вес и использовал гораздо больше силы. После такого приема простое слово сорвалось с губ не так просто, и Думский буквально физически ощущал тяжесть Отрицания. Так называлось это заклинание.

— Negante!

Дум обнаружил себя стоящим вплотную к двери, ведущей на чердак. Рубашка, мокрая от пота и крови, была покрыта черными разводами. Как, собственно, и брюки.

— Да я так на одной только одежде разорюсь, — хмыкнул Дум и потянулся к ручке.

Вот только вместо холодной нержавейки, пальцы коснулись острой чешуи. Змеиное шипение заставило юношу вздрогнуть и резко отдернуть руку. Но когда Алекс посмотрел на дверь, то ручка вновь была обычной ручкой, а вовсе не капюшоном королевской кобры.

— Вот так вот, да? — прорычал раздраженный маг. — Ну, я в любом случае давно хотел сделать нечто подобное.

В этот удар хилый телом Алекс не вложил ни капли магии, но даже этого хватило, чтобы косяк сдался под давлением дверного замка. Оглушительный треск подействовал на парня не хуже хлесткой пощечины.

Мысли прояснились, а боль в ноге, использованной в качестве тарана, напоминала ""смельчаку"" о реальности. Пусть от страха сердце все еще обитало где-то в районе пяток, но Дум все же сделал шаг вперед.

Чердак не встретил редкого визитера сонмом голодных вампиров, оборотней или еще какой нечистью. Картина помещения почти не отличалась от представления Дума о чердаках. Царство пауков, захламленных картонных коробок, разбитого ростового зеркала, ломаной мебели и прочего хлама, скопившегося за несколько лет жизни четы Метфилдов. Толстый слой пыли и вовсе намекал, что сюда не заходили по меньшей мере несколько лет.

Осторожно ступая по узкой дорожке между коробками и парой ящиков, Дум увидел местного новичка. Не слишком пыльный пакет с детскими игрушками висел на вешалке, составляя компанию дырявому драповому пальто, проеденной молью шубе и, что странно — кухонному переднику.

С очередным шагом, железный солдатик проткнул ружьем полиэтиленовую преграду и вырвался на свободу.