Двойня в подарок-2. Семья

"

"— Ну хоть меня не подозреваешь в низменных пристрастиях, — улыбается довольно Тимофей. — И это главное. Все остальное я разрулю.

— Как? — вздыхаю я печально. — Если против тебя восстал кто-то влиятельный…

— То он пойдет знаешь куда, — зло огрызается Морозов и роняет задумчиво: — Даже хорошо, что они эту фальшивку прислали. Через нее можно выйти на исполнителя и потом на заказчика…

— Ты уверен?

— Абсолютно, Лерочка. Тут же все просто. Смотри. «Массимо» принадлежит Годаровым. На ваш чудесный корпоратив ресторан закрывался. А значит, персонал и гости известны поименно.

— Ты прав, — тяну я несмело.

— Едем дальше, — продолжает муж с интонацией Шерлока Холмса. — Меня никто не приглашал, правильно? Я за тобой приехал спонтанно. А значит, кто-то фотографировал нас из спортивного интереса. Найти этого чудо-блогера не составит труда. А у него уже спросим с пристрастием, кому были переданы фотки.

— Отличный план, Тимочка, — шепчу я довольно.

— Я — гений, Лера! — откидывается на спинку стула Морозов и, вытянув длинные ноги, просит требовательно: — Иди сюда.

Глава 33

Тимофей

Не верь, не бойся, не проси.

Три главных арестантских заповеди срабатывают инстинктивно.

В кабинет губера я попадаю не сразу. Видимо, наш дорогой губернатор окончил кулинарные курсы и точно знает, как мариновать мясо, а заодно и подчиненных в своей приемной.

Тихонько сижу в дальнем углу. Листаю в телефоне Лерины и детские фотки. Должен психовать. Но даже не нервничаю.

Солдат спит, служба идет. Так и у меня. Отъехал к губернатору. Не беспокоить.

Мимо снуют красивые девочки на каблучках и солидные мужики. Косятся на меня недоверчиво. Кое-кто из знакомых, не считав сигнал «опасно для жизни!» подходит поздороваться. Но основная масса старается отвести глаза и проскочить мимо, будто у меня выявили холеру, ВИЧ и лихорадку эбола.

Но меня этот игнор не трогает.

За много лет практики меня с кем только судьба не сводила. И обижались на меня многие, и даже убить грозились. А ничего… Жив, здоров и невредим!

Через час с небольшим встаю, желая размять ноги. Секретари и помощники смотрят на меня с ужасом.

Ну извините, ребята! Физиологические потребности!

— В конце коридора, — еле-еле шелестит губами самая догадливая из секретарей.

— Спасибо, — киваю я спокойно.

— И сразу назад, — несется вслед глупая команда.

— Прибегу при первой возможности, — роняю я, не поворачиваясь.

А сам, выйдя за дверь, медленно бреду по коридору, устланному мягким ковром. Лениво оглядываю таблички на дверях. За каждой из них в уютном кабинете сидит человек и не покладая рук трудится во благо области.

Один я тут прохлаждаюсь. Да еще с криминалом связан. Скотина!

Глаз цепляет знакомую фамилию, выгравированную на позолоченном металле.

Литвин Георгий Степанович.