Черный дембель. Часть 4 (СИ)

Тогда дядя Саша даже не подумал, что присутствовал при начале «громкой» истории, которую позже в интернете называли «Приключения лотерейного билета». А Лемешеву о ней рассказал «знакомый из КГБ» — дядя Саша не удержался и вечером «под коньячок» поделился «секретной информацией» с Артурчиком и со мной.

Лемешев и интернет утверждали, что к директорше комиссионного магазина обратился некий мужчина. Он сообщил, что выиграл в денежно-вещевую лотерею автомобиль ГАЗ-24 «Волга». Пояснил, что автомобиль ему не нужен. Но и нести его в сберкассу он не хочет: считал, что официальные девять тысяч двести рублей — это мало за столь престижную машину. Мужчина заявил директорше, что продал бы выигрышный билет «заинтересованному лицу» за двенадцать тысяч. Предъявил женщине и сам билет, и газету с перечнем выигрышных номеров. Я помнил, как Лемешев похвалил директоршу комиссионки «за профессиональное чутьё».

Потому что работница торговли не выкупила тот билет сама, хотя в теории озолотилась бы на его перепродаже. Но она и не отказалась от выгодной сделки. За «мизерный процент» она свела продавца лотерейного билета со вторым секретарём горкома, который как раз подыскивал автомобиль для своего сына. Игорь Матвеевич Сельчик встретился с продавцом билета в магазине в тот самый день, когда дядя Саша явился туда за колготками для жены. Сверил номер и серию приобретаемого билета с таблицей выигрышных номеров (принёс на встречу собственную газету). А на следующий день передал продавцу пока виртуальной «Волги» деньги.

За получением выигрыша Игорь Матвеевич не пошёл. Он перепродал лотерейный билет своему знакомому из «южной» республики за двадцать тысяч. Лемешев предположил: Сельчик не решился пересесть на столь «престижный» автомобиль, потому что первый секретарь горкома партии Новосоветска всё ещё колесил по городу на «старой» модели «Волги» (ГАЗ-21). Дальше лотерейный билет несколько раз переходил из рук в руки. Затем (этот момент дядя Саша нам рассказывал, рыдая от смеха) он очутился у «очень уважаемого человека» директора одного из хлопковых совхозов — ему он достался за сорок пять тысяч рублей."

"Игоря Матвеевича Сельчика и чернобородого незнакомца дядя Саша видел в комиссионном магазине девятого сентября. А опрашивали его (как свидетеля) по этому поводу в мае — моего младшего брата к тому времени уже перевели в следственный изолятор. Я прикинул, что лотерейный немало поколесил по Советскому Союзу, пока не осел в кармане хлопкороба. И его стоимость с двенадцати тысяч (полученных бородачом в полосатом костюме) до сорока пяти тысяч (которые отстегнул за него «самый обыкновенный» директор совхоза, чтобы «не выделяться» среди коллег) выросла не за одну-две перепродажи.