Черный феникс

Но я добилась главного — смогла прорваться к маме и загородить ее собой.

Я буду биться на смерть если потребуется, но не позволю прикоснуться к своей мамочке!

Но незнакомец больше не нападал, разглядывал меня и гадко ухмылялся.

— Беги, Риша! — прохрипела мама. — Беги!

— Никто и никуда не убежит, — раздалось от дверей. — Абра, пошел вон!

Мужик, который так и не успел больше ничего нам сделать, мгновенно развернулся, полностью скрывая собой того, кто отдал приказ, а затем и вовсе вышел из комнаты.

Наша однушка и так не была большой, а с приходом нового мужчины и вовсе показалась тесной.

Внутри меня словно пружина сжалась. Я еще никогда и никого так не боялась, как в эти секунды.

Но я никак не могла найти рациональное зерно своему страху. Конечно то, что к нам ворвались неизвестные, страшно. Как и страшно подумать о том, что они могли с нами сделать. Но я испугалась не этого, а того, что находилось внутри мужчины, который подходил ближе.

Наверно, я просто перепугалась, поэтому и чудятся мне огромные раскосые красные глаза будто бы за спиной мужчины… Да, мне всего лишь кажется.

Так, Ришка, не расслабляйся. Кто бы это ни был, а надо как-то ухитриться вызвать полицию…

Пока мужик медленно, как король подходил, я сунула руку в карман и молниеносно передала маме свой телефон. Но та даже не среагировала, телефон с громким стуком упал на пол…

Наверно, именно в этот момент мое оцепенение спало. Кто этот мужик, которого моя боевая мамочка, настолько боится?

— Кто вы? — гулко произнесла я. — Что вам от нас нужно?

Глупо требовать уйти тех, кто имеет власть и силу. А этот мужчина явно был тем, кто имел все и даже больше.

— Значит, дочь погибла, Равьела?

— Кто? — не поняла я и оглянулась на маму.

У нас отродясь никакой Равьелы не было.

Меня зовут Марина, а маму — Раиса.

— Пощади! — вдруг воскликнула мамочка и упала на колени перед мужчиной. — Пощади! Не трогай Риш!

— Дрянь, — скривившись, произнёс он.

— Дрянь здесь только ты. — Рыкнула я и тут же получила пощечину.

Я даже не заметила момента, когда меня ударили. Да, что там, я была готова поклясться, что мужчина не шелохнулся. Но что тогда меня ударило?!

— Пощади! — вновь взревела мама. — Пощади, Аргхарай!"

"— Ты посмела скрыть дочь, — он буквально цедил эти слова, — и позже ты утверждала, что она мертва. Только поэтому ты была отпущена…

— Что? О чем вы? — щека горела, от обиды и бессилия выступили слезы, но я упрямо вышла вперед, загораживая собой мать. Пусть бьет меня, но не трогает ее!

— Ты ничего не сказала ей, — напрочь игнорируя меня, заявил он. — Тебя ждет казнь.

— Эй! — не выдержала я.  — Хватит делать вид, что меня здесь нет! Кто вы? Что вам от нас нужно? С какого черта вы решили, что имеете право наказывать мою мать?

Боялась ли я в этот момент? Ничуть.