Черный лис. Том 3

"Глава 1

Я не заметил, как оказался на ногах.

Чувствовал себя прекрасно. Голова раскалывалась, каждая клеточка тела взывала о покое и отдыхе. В желудке поселился колючий ёж, и когда он шевелил иглами, мускулы живота скручивали спазмы.

Но несмотря на эти ощущения, меня переполняла жажда деятельности. Оглядевшись в поисках одежды, я увидел украденные в магазине закопчённые джинсы, толстовку, натянул всё это на голое тело — на мне была тоненькая распашонка с завязками на спине — и пошел к двери.

Почувствовал, как в ступни проник ледяной холод, и в два шага вернувшись к кровати, сунул ноги в клетчатые тапки.

Снова рванул к двери, попытался открыть… Но ручки не было. Была гладкая белая поверхность с окошком, забранным решеткой. И всё.

Я в недоумении посмотрел на Салтыкову.

— А что вы хотели? — она тоже поднялась и взяла свою сумочку. — Это всё-таки тюрьма.

Об этом я как-то забыл.

— Вы сказали, что всё уладили.

— Сделать это оказалось сложнее, чем заключить мирный договор с врагом, — неслышно ступая лаковыми лодочками, она подошла к двери и несколько раз стукнула.

Звук был гулким, металлическим.

— Простите меня, Дарья, — я действительно ощущал раскаяние. Получается, не всегда привычка посланника действовать в одиночку, является самой лучшей стратегией. — Я был не прав, заставив вас тратить свои ресурсы на меня.

— К сожалению, это было оправдано, — дверь распахнулась, но за ней никого не было. Мы вышли в ослепительно белый коридор. — Вы нашли Артефакты и предотвратили катастрофу. Так что всё в порядке.

— А где они сейчас?

Последнее, что я помнил — Артефакты сплавились в большой куб, который завис над крышей.

— В надёжном месте, — отрезала Салтыкова. — И лучшие умы империи гадают, как вы это сделали.

— Сделал что?

— Всё, — она бросила на меня короткий взгляд из-под набрякших век, не замедляя шага.

— Почему здесь никого нет? — спросил я, с трудом поспевая за маленькой женщиной. Тапки громко шлёпали по полу и норовили потеряться, джинсы приходилось поддерживать руками — без ремня они отказывались держаться на талии.

Коридор был пуст. Как по мне, если это госпиталь, по нему должны сновать сиделки, медсёстры, да и охрана не помешала бы…

— Протокол безопасности, — мрачно ответила госпожа секретарь. — Вас никто не должен видеть.

Я что, такой страшный? — ни одного зеркала, или просто стекла здесь не было. И оценить свой облик я мог лишь умозрительно. Но и так прекрасно понимал: сейчас моя внешность вызывает скорее улыбку, нежели страх. И речь идёт о самом факте моего присутствия.

— Знаете, ведь благодаря Кладенцу я могу менять внешность, — как бы вскользь заметил я, когда Салтыкова стукнула кулачком в очередную дверь. — Можно сделать так, что никто меня не узнает… Включая вас.

— Прекрасная мысль.