Черный пудель, рыжий кот, или Свадьба с препятствиями

Сергей понял, что от него требуется не пересказ, а очень краткий конспект.

– Кристина уверяет, что Олег Сысоев приковал ее наручниками к батарее и пытался насильно овладеть. Но она вывернулась, сбежала и теперь не может прийти к Сысоевым, потому что ей стыдно смотреть в глаза их семье.

– Вот дура-то, – восхитился Илюшин. – У Сысоевых же нет в доме батарей! Да и наручников.

– Ты как о женщине отзываешься?! – рассердился Бабкин.

Макар оторопело замолчал. Чуть ли не впервые Сергею удалось добиться такого результата, и повторить он его потом не смог, как ни пытался.

– Так, – сказал Илюшин после очень долгой паузы. – Я понял. Это все Шавлов. Вода в колодцах отравленная. Или ты яблоко откусил?

– Какое яблоко?

– Красное! Кормили тебя яблоками? – заволновался Илюшин. – А молоко парное пить давали?

– Иди нафиг, – предложил Сергей.

– Я-то, допустим пойду, но ведь ты останешься под воздействием чар. Короче, слушай: девица Курятина врет, как журналист газеты «Правда». Никто ее наручниками к несуществующей батарее не приковывал.

Насмешливый ветер швырнул ему кленовый лист в лицо.

– Это я и сам понял, – сознался Бабкин. Разговор с Макаром действовал на него подобно холодному компрессу: жар в затылке постепенно утихал, на его место возвращалась здравость мыслей.

– Молодец. Фантазии придумать что-то свое у нее не хватает, поэтому она берет готовую ситуацию и переворачивает вверх ногами. После твоего рассказа в этом нет сомнений.

Бабкин подобрал со скамейки опавший цветок липы и зачем-то сунул в рот.

– Хочешь сказать, это она приковала Сысоева наручниками?

– Просто связала.

Сергей завистливо вздохнул. Везет же некоторым…

– А тот ее лягнул, – добавил Макар, и по голосу было слышно, что он ухмыляется.

– Лягнул? – ужаснулся Бабкин. Такую девушку – и ногами?!

– Собственно, потому она и врет. Слушай, ты снял у меня камень с души. Все-таки получается, что Олегу можно верить."

"Бабкин не знал, как можно верить человеку, который лягает девушек, подобных Кристине Курятиной. С другой стороны, подумал он, не исключено, что это был радостный взбрык, который неверно расценили.

– Серега, ты чего там молчишь? – насмешливо осведомилась трубка. – Опять провалился в сладкие грезы?

– А ты у меня что-то спрашиваешь? – очнулся Бабкин.

– Нет, я тебе стихи декламирую. Разумеется, спрашиваю. Ты мне рассказал половину задания. Где вторая?

Тут-то Сергей окончательно пришел в чувство, и все яблочные дамочки и длинноногие блондинки вылетели у него из головы. Макар спрашивал, удавалось ли ему выяснить, что за плацдарм готовила Рита Сысоева. И у Бабкина был ответ. Наконец-то у него были ответы на все вопросы, с которыми он пришел к девушке.