Черный пудель, рыжий кот, или Свадьба с препятствиями

«Вспылила, ударила Елизавету, перепугалась… А на крышу зачем потащила? Спрятать хотела, больше негде было. А мои-то заметили ее и договорились никому ни слова, даже мне. Берегли меня. Они! Меня! МЕНЯ!»

Нина выпрямилась во весь рост и оказалась почти вровень с Илюшиным. При первом взгляде Бабкин мысленно записал ее в низенькие женщины и теперь сам удивился своему заблуждению. На стене выросла съежившаяся было тень.

Сергею показалось, что температура в кухне резко скакнула вверх. Он вытер пот со лба и подавил желание оказаться как можно дальше отсюда, например на берегу реки, а еще лучше в Москве. «Там сейчас всего пятнадцать градусов, дождик…» Бабкин, не любивший ни дождя, ни прохлады, внезапно ощутил, что именно такая погода является пределом его мечтаний. Он даже сдвинулся на шаг к двери.

Илюшин не тронулся с места.

– С Ритой разобрались, – вежливо сказал он. – Значит, это ее вы заметили, Петр. Осталось узнать, что с платьем.

«А ну пошел вон!» – безмолвно приказала Нина.

«Да щас! – легкомысленно отозвался Илюшин милой улыбкой. – Уже бегу и тапочки теряю».

«У меня дочь тетку убила! Поимей совесть, подлец! Не до тебя сейчас!»

«А у меня вопросы внутри чешутся. Пока не узнаю ответов, никуда не уйду».

Нина закатила глаза. Вот же пиявка неотвязная! У нее жизнь рушится, а его какое-то платье заботит.

– Не в платье дело, – пояснил Илюшин, словно отвечая на ее мысли. – Петр, зачем вам нужно было удалить жену из кухни?

Григорий что-то пробормотал невнятное, но не вмешался.

– Вы ведь за этим послали ее переодеваться, правда? – мягко продолжал Макар. – И не сами придумали этот повод, а Григорий подсказал?

Сысоев наконец-то разомкнул губы.

– Дрожжи.

– Что – дрожжи? – вежливо поинтересовался Илюшин.

– Дрожжи мне были нужны, – признался Петр.

Что уж тут скрывать! Про Риту все равно каким-то образом разузнали, хотя он до последнего готов был прикрывать непутевую свою дочь и даже Нине ни полсловечка не намекнул. Один Бог знает, до чего ему было тяжело принимать решение самостоятельно и думать, как его исполнить. Отвык Сысоев от этого. Всем заправляла Нина. Она командовала, он брал под козырек. А тут нужно было не только дочь спасти, но и жену уберечь от лишних знаний. Вот он и старался… оберегал.

Макар озадаченно помигал.

– Вы хотели взять дрожжи? – повторил он.

– Из холодильника, – согласился расстроенный Петруша.

Нина зашевелила губами, но с них не слетело ни звука.

– А зачем? – вкрадчиво осведомился Илюшин.

Петр только рукой махнул: твоя, Гриш, очередь.

Григорий крабом выполз вперед.

Эх, пропадай моя телега, все четыре колеса! Как ни старались они укрыть Ритку от хищного взгляда правосудия, ни черта у них не получилось.