Чертовски неправильное свидание

Оливия кивнула, не решаясь ничего сказать. О чем же она, черт возьми, думает? Может, мне стоит достать наручники прямо сейчас?

Она снова бросила на меня взгляд… и внезапно поморщилась.

– Клянусь, я не знала. Я никогда не обращала внимания на то, как выглядят мои противозачаточные таблетки. Чувствую себя дурой.

Я мгновенно расслабился, ослабив хватку на наручниках. Другой рукой я мягко погладил ее по щеке.

– Это было предначертано. Вся эта моя манифестация сработала, подобно волшебству, – сказал я и подмигнул ей.

Ее улыбка была ослепительной и совершенной, и… она ничего не заподозрила.

– Не думаю, что нам стоит подавать в суд на аптеку, доктор. Не уверен, что за состояние блаженного счастья полагаются компенсации, – протянул я.

Щеки у доктора порозовели, а Оливия закатила глаза, потому что, было очевидно, что… доктор Рошель испытывала ко мне симпатию. Что, честно говоря, было замечательно, так как это означало, что и она ничего не заметила.

Я наконец отпустил наручники в кармане, чувствуя, будто за эту минуту постарел на десять лет.

Доктор, наконец, переключила внимание на аппарат УЗИ, и мое сердце снова забилось быстрее. Вот он – момент, которого я так ждал, шанс увидеть нашего малыша впервые.

Она нанесла гель на живот Оливии и начала водить датчиком. Я задержал дыхание, внутри все вибрировало от ожидания.

И затем, вот он – звук сердца, сильный и стабильный, заполнивший комнату своим ритмичным пульсом.

Глаза Оливии распахнулись от изумления, ее рука взметнулась к губам, когда в глазах заблестели слезы.

– Боже мой, – прошептала она, ее голос задрожал от эмоций. – Это наш малыш.

– Похоже, вы примерно на тринадцатой неделе, – сказала доктор Рошель, перемещая датчик по коже Оливии.

Сжав ее руки, почувствовал, как мои собственные глаза наполнились слезами. Я смотрел в монитор и пытался запомнить каждую деталь нашего крошечного чуда.

Это был второй раз, когда чувствовал, будто заново родился. Первый раз случился, конечно же, когда я встретил Оливию.

Эмоции, которые я испытывал, были сложными, меняющими жизнь. Я любил этого малыша. Я любил его так сильно.

– Наш маленький Шмупи, – счастливо вздохнул я.

Оливия простонала.

– Это не маленький Шмупи! – возмутилась она.

– Это совсем не «оно», – с улыбкой добавила доктор. – У вас будет девочка.

Совет доброжелателям… падать в обморок на твердый, кафельный пол, когда ваш рост 192 сантиметра и вес почти 100 килограммов… это чертовски больно, когда приходишь в себя.

Глава 33. Уолкер"

"Ари: Я начну называть тебя Тором за то, как ты обращаешься с молотком.

Король Линк: Это была нелепая попытка пошутить, Ланкастер. Даже для тебя.

Ари: Я вовсе не шучу. Мне немного дурно… и я воодушевлен… не могу перестать думать об этом. Ты буквально уничтожил его.