Четвертый год

Деревню в этом краю поставили не просто так – место удобное, сухое, да и родник с хорошей водой под боком. Осторожный Макс предложил до темноты пройти еще пару километров, углубившись в сосняк, но Кабан забраковал его идею – предпочел дать людям отдохнуть получше."

"Лагерь разбили рядом с родником. Поспешно нарубили кольев, оградившись со всех сторон рогатками, в плотные холщовые мешки нагребли песка от русла ручейка, соорудив четыре укрепленные точки, на которых установили картечницы. Вряд ли отряду грозило массированное нападение, но и надеяться на авось не стоит – неспокойно вокруг.

На костры установили шесть ведерных котлов, вскоре закипела немудреная похлебка из толченого пшена и полосок копченого и сушеного мяса. Не деликатес, но после дневного перехода горячее идет на ура. Да и южные специи такой соблазнительный дух дают, что и подошву от галоши сжуешь под них, будто грудинки кусок.

Макс, получив свою миску, присел среди лучников и, зная о страсти кшаргов к болтовне, сразу завернул разговор на интересующую его тему:

– Места, как я слышал, дальше неплохие идут. Ваши там не живут из-за хайтов?

– Да.

Хайты там житья не дают. Раньше здесь вообще их крепости даже стояли, но сейчас только набеги устраивают.

Молодой парень, может быть, и продолжил бы монолог, но тут закашлялся седовласый предводитель стрелков, и юноша моментально заткнулся. «Патриарх» продолжил тему:

– Здесь нет больших лесов и укромных островов среди болот. Спрятаться при набеге негде. Вот и не живут здесь наши.

– А на Юге бывали крупные набеги?

– Да, каждый четвертый год их несметные полчища приходят. Идут дальше, на Восток, но и к нам многие забегают. Очень плохие это года… Часто приходится бросать дома и прятаться.

Наша земля большая, укромных уголков в ней хватает. Четыре года назад вся моя деревня до снега пряталась на острове посреди болота. Мы глаз не спускали с единственной тропы, боялись, что их хиты злыми чарами выследят нас. А потом, когда начал уже снег сыпаться, мы вернулись. Но нашей деревни не было – осталось пепелище, как от этой. И тут же ударили морозы. Ох и трудно нам пришлось… многие так и не пережили ту зиму. Я двоих детей тогда потерял…

– Так что, каждые четыре года они разоряют ваши деревни?

– Нет, конечно.

Макс, ведь мы умеем прятать свои дома. Не всегда находят и не всех. Но, если находят, мы на этом месте уже не живем, потому что у хайтов длинная память и они потом наведываются на это место при каждом набеге.

– И что, ваши никогда с хайтами не сталкиваются? Вы просто прячетесь?

– В основном да. Но, конечно, молодые удальцы на месте усидеть не могут – ватагами кружат по лесам. Это наши леса, мы знаем в них каждый лист, а хайты – нет. Вот и дохнут они от наших стрел или на колья капканов попадают.