Чёрное. Белое

От концентрации повышенного внимания я еще более дергаюсь и рада спасительной ладони Мака, сжимающей мои пальцы в качестве моральной поддержки. Только после бокала вина я немного расслабляюсь и уже почти спокойно рассказываю, где я учусь, краснею, обманывая насчет работы, и повествую о нашей с Маком встрече спустя столько лет после окончания школы."

"Когда перед сладким столом мы остаемся наедине и Макар, воспользовавшись моментом, притягивает меня к себе и начинает целовать мою шею, я отчетливо понимаю, что больше не могу так и надо завязывать с этим фарсом. Если знакомством с родителями парень решил подтолкнуть меня к близости с ним, то он катастрофически ошибся. Прозрев и увидев серьезность его намерений, я лишь осознала всю нелепость и безысходность нашей ситуации и призналась самой себе, что в ближайшее время я не смогу избавиться от чувств к Марку и сомневаюсь, что получится, перешагнув дружеские отношения с Макаром и сломав себя, отдаться ему полностью. Мне изначально не надо было вестись на его провокации и торопить события. Для того чтобы нормально вступать в новые отношения, сначала необходимо разорвать все нити старых, и только после откровенного разговора с Марком и окончательной точки в нашей истории можно будет начинать строить новые.

Если Мак готов ждать, когда все это случится, то я буду рада, если нет – я пожелаю ему счастья с другой, но так как есть сейчас – неправильно. Теперь я точно знаю: клин клином вышибают – неправильная теория!

41 глава. Нелицеприятная правда.

Смотрю перед собой зависшим взглядом в колодец прошлого и холодею от предчувствия чего-то плохого, будто ожидая, что, как в детской сказке, оттуда вылезет злодей и утащит меня в свое царство. Может, эта реакция на запланированный на завтра разговор с Макаром или на ответы, которые в ближайшее время я хочу получить у Марка. Не знаю, но мое будущее сейчас настолько зависит от прошлого, что это пугает. Я не люблю неизвестность и сюрпризы, мне по вкусу скучная, спокойная предсказуемая жизнь.

Надя касается плеча и ловит мой взгляд в отражении.

– Пора.

Киваю, встаю. Я сегодня настолько углубилась в себя, что не слышала привычного щебетания девчонок, их подколки и смех, не заметила обычную проверку Мегеровной перед выходом в зал, да и, собственно, не видела никого, даже свое отражение в зеркале и готовилась автоматически выверенными движениями.

Музыка, гости, атмосфера порока, въевшаяся в стены. Меня уже давно ничего не шокирует и не удивляет, но я по-прежнему не чувствую себя частью происходящего. Я все та же белая ворона, только измазавшая перья черной краской. Я чужая на этом празднике соблазна.