Чистилище для невинных

И увидел лицо Фреда, которое выглядело просто ужасно.

Вильям тоже уронил свою часть, попятился назад и наткнулся на «ауди».

Патрик пригрозил им кольтом:

— Уверен, нести будет еще тяжелее, если я прикончу одного из вас.

— Не надо было ломать мне руку! — вышел из себя Рафаэль, отводя взгляд от останков.

— Не стоило приезжать и устраивать здесь черт знает что.

— У нас не получится!

— Тебе хочется выкопать еще одну могилу? — намекнул Патрик, наведя пистолет на Вильяма. — Желаешь похоронить собственного брата?

Рафаэль поправил пленку на трупе, пытаясь не подвергать сломанную кисть руки новым мучениям.

И вот они стали факельщиками, носильщиками гроба.

По дороге они останавливались несколько раз, едва не теряя сознание. Папочка призывал их к порядку, они снова пускались в путь и наконец добрались до свежевырытой ямы.

— Бросайте его.

Рафаэль стиснул зубы: он никогда не выносил чужих приказов, а этот гад обожал их раздавать. Братья, конечно, предпочли бы швырнуть в могилу и его тоже. Но они думали друг о друге, поэтому сейчас вели себя покорно. И Фред с глухим шумом упал на дно могилы.

Рафаэль взял лопату и начал закапывать яму.

— Нет, — прервал его Патрик.

Налетчик непонимающе глянул на него.

— Кладите лопаты и пойдем.

* * *Десять минут спустя Рафаэль первым толкнул дверь в дом. Его брат вошел за ним, Патрик замыкал шествие.

Братья увидели Кристель, распростертую у буфета. Вены на горле Рафаэля мучительно вздулись.

— Что ты с ней сделал, чертов псих?

— Она попыталась на меня напасть, — объяснил папочка с улыбкой. — Эта девка — настоящая тигрица! И потом, мне надо было заставить твоего братца рассказать о драгоценностях. Мальчик сначала не хотел сотрудничать, но он такой легкомысленный!

Патрика разобрал смех; Сандра подняла голову, словно только что заметила, что в комнате есть еще кто-то.

Она посмотрела на Рафаэля, который не удостоил ее взглядом.

— И уверяю тебя, он таки заговорил…

Патрик сел на корточки возле Кристель, сорвал то, что осталось от кляпа, и потрепал ее по щеке. У нее больше не было сил даже на то, чтобы повернуть голову, и ей пришлось терпеть эту отвратительную ласку.

— Как дела, моя кошечка? — просюсюкал он. — Я бы сказал, не очень… Боже, какие все-таки женщины хрупкие! — Палач чуть отстранился от своей агонизирующей жертвы.

 — Поднимите ее! — приказал он жестким тоном. — Мне надоело, что она занимает мою столовую и пачкает все кровью.

Рафаэль не сдвинулся с места, Вилли вытер лоб. Хотя в доме было прохладно, он истекал потом.

— Я не люблю повторять, — предупредил папочка."

"Он направил ствол «дабл игла» на Вильяма. И Рафаэль подошел к измученной девушке и пристально взглянул ей в глаза.

— Все будет хорошо, — заверил он ее тихим голосом.