Чистилище для невинных

Вот наши подруги, которые, как и вы, строили из себя невесть кого, когда поняли, к чему их принуждают, и которые в конце концов смирились, когда поняли, что это приведет их лишь к дурному обращению, как и вы, несомненно, поступите. В ситуации, в которую вы попали, Софи, как вы рассчитываете защитить себя? Посмотрите, в каком положении вы оказались в этом мире: по вашему собственному признанию, у вас нет ни родных, ни друзей, подумайте о том, что вы в пустыне, никто в целом свете не знает, где вы, вы в руках…»

Джессика не могла читать дальше. Ее глаза все еще горели, наполненные жгучими слезами.

— «В каком положении вы оказались», — холодно произнес Патрик. — «У вас нет ни родных, ни друзей… никто в целом свете не знает, где вы…»

— У меня есть родные! — вдруг закричала девочка.

Его позабавили хлынувшие слезы, смесь страха и злости.

— Это правда, — согласился он. — Они, должно быть, так несчастны оттого, что потеряли тебя навсегда. Представляешь, как они страдают? Какие муки испытывают? Ах, если бы ты только отказалась лезть в мой фургон, Джессика… Какого страшного горя они бы избежали благодаря тебе! Твое неблагоразумие привело тебя сюда и стоило жизни твоей собственной сестре. Твоя глупость ввергла в отчаяние твоих родителей. Теперь ты можешь гордиться собой, правда?

Готово, она заплакала, буквально зарыдала. Швырнула книгу через всю комнату.

Папочка медленно поднял то, что он считал шедевром. Затем положил томик на колени продолжающей рыдать Джессики.

— Больше так не делай, — предупредил он. — Читай.

— Нет!

Он взял ее рукой за подбородок, вынудил поднять голову.

— Не заставляй меня терять терпение, моя птичка. Пожалуйста, читай.

— Нет! Я не хочу читать про эти гнусные вещи!

Пощечина отбросила ее к перекладине изголовья кровати.

Удар словно попал в его собственное тело.

Рафаэль не должен был испытывать такого сочувствия к этой девочке, которую он едва знал. Но у них было что-то общее. Нечто объединяющее.

Общий враг.

Которого они, возможно, победят.

Который их убьет. Несомненно.

Вильям обменялся взглядом с братом. В этот момент он был счастлив быть мужчиной, а не женщиной в лапах этого извращенца.

Патрик снова положил книгу перед Джессикой:

— Начни с «Посмотрите, в каком положении…». Да побыстрее.

На драгоценные страницы упала слеза, Джессика вытерла покрасневшую щеку.

Ты должна ему позволить, иначе он сделает тебе еще хуже.

Рука Патрика все ближе, девочка отклонилась:

— Я буду читать дальше!

— В добрый час, — сказал папочка, снова усевшись на кровать Орели. — Я тебя слушаю.