Чистилище. Янычар

– То есть мы ничего не можем сделать? Мы можем только сидеть в бункерах и ждать, когда закончится электричество? Так?

– Не совсем… Есть и хорошая новость, знаете ли… – Профессор покрутил пуговицу на халате. – Если вы не сможете больше очищать воздух и встанет вопрос о… ну вы поняли… то здесь можно выкрутиться. Можно. Главное, решить проблему нагрева воздуха до ста пятидесяти градусов. В объемах, достаточных для дыхания всем вашим людям. С водой – тоже все можно решить. Кипятить в течение часа, лучше двух и можно совершенно безбоязненно пить. В принципе, можно даже овощи наверху разводить, только нагревать и кипятить.

Кипятить и нагревать… Даже охотиться сможем, если что. Если отказаться от бифштексов с кровью и кушать хорошо прожаренное мясо. Работать снаружи нужно будет только в защитной одежде, фильтры обычных противогазов вирус держат. Правда здорово?

– Меня это должно радовать? Мне нужно петь и веселиться? – раздраженно поинтересовался полковник.

– Конечно! У вас… У нас появился шанс выжить. Мы будем продолжать работать, а вы… Вы сможете выжить. И даже плодиться и размножаться… – Профессор дернул рукой и уставился на оторванную с мясом пуговицу.

 – Вот так вот… Это, в конце концов, главная задача людей. Плодиться и размножаться.

– Пошел ты… – от всей души произнес Иванченко. – У меня здесь… У меня здесь люди начинают с ума сходить. Мне пришлось…

– И многих? – быстро спросил профессор, сразу уловив суть дела.

– Двоих.

– Ерунда, не обращайте внимания. Люди втянутся, привыкнут. Человек – животное выносливое. Если ему поставить задачу, пусть даже не достижимую, но соблазнительную, он горы свернет.

– А еще он – тварь неблагодарная, а праздный человек – еще и смертельно опасная тварь.

 – Полковник вспомнил разговор с Лидером, и настроение испортилось совершенно.

– Стоп-стоп-стоп. – Профессор поднял руку и хлопнул ладонью по столу. – Это цитата из кого?

– Какая?

– Про смертельно опасную тварь.

– Есть тут один товарищ. Звонит каждый вечер, если я забываю ему звякнуть…

– Позывной Лидер?

– Да, а что?

Профессор вздохнул и задумался.

– Что-то не так?

– Да нет, ничего такого особенного. – Профессор поморщился, и гримаса эта должна была изображать улыбку.

 – Обо мне справлялся?

– Нет, только обо мне и моих людях.

– Можно небольшую просьбу. – Профессор теперь держал руку, как прилежный первоклассник, который хотел, чтобы его вызвали к доске. – Совсем небольшую просьбу.

– Да, конечно, – кивнул полковник.

– Если он вдруг спросит обо мне и лаборатории… Пусть я умер, хорошо? У вас нет со мной связи с самого момента заражения. Вы пытались со мной связаться, но все без толку… Хорошо?

– Ладно… – неуверенно протянул полковник. – Но… Ладно, как скажете.