Чистилище. Янычар

А своих Кравец не бросает. И завтра, как только рассветет, сюда прибудет штук пять БМП с людьми. И лучше бы Янычару подохнуть, а в плен не попасть.

Лучше, кивнул Янычар. В плен попадать не нужно. В плену я пару раз уже был, мне не понравилось.

Потом, когда сержант умер, Янычар взял портативную рацию, включил.

– Ало, Кравец! – сказал Янычар в микрофон. – Где ты там?

Треск помех в эфире.

– Кравец, отвечай! – позвал Янычар. – Так не вежливо. Нужно отвечать, когда тебе звонят…

– На связи! – прозвучало из динамика. – Кто говорит?

– Командир роты специального назначения капитан Ермолаев, – представился Янычар.

Когда-то у него был знакомый капитан Ермолаев, неплохой, в общем, мужик. И действительно командовал ротой спецназа.

– Какого?..

– Такого. Мне некогда с шестерками разговаривать, давай сразу к рации Кравца.

– Ты, что ли, Мостовой? – неуверенно уточнили на той стороне. – Шутки твои…

– Сержант Мостовой был израсходован в процессе допроса. А я хочу говорить с Кравцом.

Тишина. Помехи и тишина. И детские голоса, доносящиеся из-за двери. Дети не спят, дети играют и смеются, даже если за стеной – конец света в самом разгаре. Они – дети. Даже Янычар когда-то был ребенком…

Может, это судьба, сказал Петруха. Ты же сюда все время хотел попасть? Может, судьба?

Нет судьбы. Нет. Есть только этот рушащийся мир, есть сволочи, сварившие смертельный яд и выпустившие его к людям, есть уроды, насилующие восьмилетних девочек, а судьбы – нет.

Янычар присел на какой-то ящик, отодвинул носком ботинка ногу мертвого сержанта. Крови натекло много, не нужно, чтобы дети сюда заходили.

И все-таки с ним поступили нечестно.

Детдомовцы.

Он ведь тоже… Он был таким же, как эти дети. Он даже о чем-то мечтал. Кем-то хотел стать… И даже кем-то стал. А они… Они обречены. Рано или поздно того же Денисыча вирус достанет. И хорошо, если просто убьет, а ведь может превратить в мутанта, и тогда… Даже эта их Инга ничего сделать не сможет. Чекист и филиппинец… Они ведь тоже, каждый из них может мутировать. Или умереть. Или убить друг друга.

Детей зараза не трогает, говорил Дед. Грешников карает, а на детях и животных греха нет. Болезнь детей обходит, а люди… А люди – нет. Хотя… Какие это люди? Лучше уж мутанты, они хоть не понимают, что делают. И не насилуют. И не превращают женщин в разменную монету. Они просто жрут. Для того, чтобы жить.

А эти?

Ради чего они убивают? Просто потому, что имеют такую возможность? Им просто нравится делать то, что они делают.

– Кто там на связи? – прозвучало из рации. – Какой еще спецназ?

– Обычный, – сказал Янычар. – Самый обычный спецназ. Наводим порядок. Чистим понемногу.

– Что там с моими парнями?

– Все. О них можно больше не беспокоиться.

Не перегибать палку. Просто вести непринужденный разговор, не напрягаясь.