Чистилище. Янычар
На рубеже тысячелетий люди верили в самые невероятные природные катаклизмы, способные угрожать всему живому на планете. Однако катастрофа, уничтожившая человеческую цивилизацию, оказалась рукотворной. Разработанный нацистом страшный вирус, вырвавшийся из военных лабораторий, убил большую часть человечества, а остальных превратил в кровожадных безумцев. Мир превратился в постапокалиптическую пустыню, в которой с трудом выживают укрывшиеся в подземных убежищах немногочисленные здоровые люди.Его звали Янычар. Виртуозный убийца и специалист по выживанию, он был телохранителем одного из «хозяев жизни» и, оболганный его женой, точно знал, что не доживет до конца следующей недели.Как ни удивительно, Янычара спасла невиданная эпидемия смертельного вируса. Планы свирепой мести остались в прошлом, теперь у него одна задача: уцелеть в опрокинувшемся мире, посреди обломков привычной цивилизации, где ужасная смерть таится за каждым углом, а мутанты-людоеды – далеко не самое страшное, что ожидает немногочисленных выживших…
Вот и договорились. Служи, Леший! Ты еще пригодишься.
Полковник Иванченко хотел послать неизвестного ему далекого Лидера как можно дальше и с наиболее изощренным вывертом, но не успел – тот отключил связь.
Вот ты и побыл мятежником, сказал себе полковник. Вот ты и почувствовал вкус свободы, Леший.
Даже сюда дотянулись… Наверняка врал же о заложенной мине. Но ведь мог и правду сказать. Не проверишь. И хватит двухсот граммов пластида, чтобы нарушить герметичность бункера.
А еще вакцина… А если правда? Если и в самом деле это получится?
Сволочи, сказал полковник Иванченко.
Потом взял карандаш и написал прямо на пульте возле телефонной трубки: «Каждый вечер в 18–00».
Глава 06
Он перестал обращать внимание на то, какой именно сейчас день недели, какое именно число и месяц. Не видел в этом смысла. Он просто считал прожитые после катастрофы дни. Ставил отметки на стене возле двери на кухню."
"В первый день после начала эпидемии в городе отключилось электричество. Погасли свет в кабинете и монитор компьютера. Янычар остался сидеть в кресле, мысленно считая секунды.
Три дня, отметил для себя Янычар. К тому моменту, когда вырубится дизель в подвале – вряд ли кто-то станет подливать горюче в бак, нужно будет подготовить тот генератор, что стоит на балконе. Если его использовать не круглосуточно, а по нескольку часов в день, то горючего хватит еще дней на пять. Итого – восемь дней цивилизации.
Только окна стоит задернуть шторами, чтобы не привлекать излишнего внимания.
С другой стороны, где-то в доме наверняка остались включенными лампы, и в темной ночной Москве окна будут светиться, как маяки. И кто только не прилетит на их свет. Наверное, правильно было бы пройтись по дому, вырубая осветительные приборы и отстреливая уродов.
Только вот оставался вопрос: он уже получил свою долю заразы и просто оказался к ней невосприимчивым, или то, что он сидит на десятом этаже в закрытой квартире, предохраняет его пока от заражения?
Можно было, конечно, проверить, выйти на улицу или зайти в какую-нибудь из разгромленных квартир подъезда.
Янычар слышал крики в доме. Дверь была надежной, перекрывала все звуки, доносящиеся изнутри дома, а вот балкон он оставил открытым. Кричала женщина. Кричал мужчина. Несколько раз грохнуло ружье. Со звоном разлетелось оконное стекло, и кто-то с криком вылетел из окна. Раздался глухой удар тела об асфальт, и крик прервался.

















