Чисто английское убийство

О каком праве вы говорите?

Сюзанна пошарила у себя в сумке, и в руке у нее оказалась сложенная в несколько раз бумага.

— Вот о каком, — отрезала Сюзанна и сунула бумагу в руку Камилле.

Камилла медленно развернула бумагу. Медленно прочла. Потом так же неторопливо сложила и отдала Сюзанне. Выражение ее лица не изменилось, а голос, когда она заговорила, был ровно настолько приглушен, насколько полагается в комнате больного.

— Благодарю вас. Очень жаль, что никто не знал этого раньше. Для многих это изменило бы все. — Обратясь к Бриггсу, она добавила: — Ваша дочь совершенно права. Она имеет право находиться здесь. Я позавтракаю внизу.

Сюзанна открыла рот, но, прежде чем она успела что-либо сказать, леди Камилла вышла из комнаты. Она держала голову высоко, и по ее лицу никто бы не догадался, какой удар ее гордости нанесло это датированное прошлым годом свидетельство о браке между Робертом Артуром Перкином Уорбеком, холостяком, и Сюзанной Анной Бриггс, девицей.

Бриггс молча посмотрел Камилле вслед. Когда она ушла, он напустился на Сюзанну.

— Да знай я, что ты так забудешься, дочка, я бы ни за что не позволил тебе прийти сюда, — упрекнул он ее.

— А с чего бы это мне не сказать ей, раз мне хочется? — сказала его дочь заносчиво и в то же время как бы обороняясь. — Чем я хуже ее? Не такая же, что ли?

— Нет, дочка, — ответил Бриггс торжественно. — Выйди ты замуж даже за самого знатного человека в стране, ты все едино ей неровня, и не стоит делать вид, что это не так.

— Не в средние века живем, папа. Только оттого, что она из благородных…

— Только оттого, что она из благородных, — твердо повторил Бриггс, крепко придерживаясь своих устаревших убеждений. — Ты не сумела бы вот так, как она, выйти из комнаты, хоть век этому учись. Она выше тебя, Сюзанна, что бы она ни сделала.

— Ну, она… — загорячилась Сюзанна, но запнулась, когда до нее дошел смысл слов, сказанных отцом. — Что ты хочешь сказать? — прошептала она испуганно. — Папа, неужели ты хочешь сказать, что это она бросила ему то самое в бокал?

— Ничего я не хочу сказать — просто потому, что мне нечего сказать. Я сказал мистеру Роджерсу, что это было самоубийство, а поверил он мне или нет, не знаю. Говорю тебе, не твое это дело. Пусть им занимаются те, кого оно касается. Твое положение от того, как это произошло, не изменится. — Он посмотрел на часы. — Мне пора идти, — сказал он. — Я сейчас пришлю тебе сюда поднос с едой. Сиди смирно возле постели и дай мне знать, если его светлость… если что-нибудь случится. Ты не принесла с собой шитья или чего-нибудь, чем заняться?

— Найду чем, — ответила Сюзанна, доставая из своей сумки прибор для маникюра. — Ногтями займусь. А чудно! — добавила она, усаживаясь в кресло.