ЧОП «Заря». Книга третья

 — Проверяй, я ее заправил.

Снаружи огневик не изменился, по крайней мере, до момента, пока я не взял его. Гравировка проступила тусклым красным светом аналогично душелову. Прямо комплект теперь — будто легендарное снаряжение собираю. Основные изменения были внутри — кресало и часть мелких элементов теперь были из хоросана, перфорированная часть, из которой торчал фитиль, стала толще. А сам, наоборот, тоньше, и материал был какой-то другой. Я закрыл и открыл крышку, проверяя щелчок, а потом чиркнул по кремню.

Ровный язычок пламени с оттенками красного цвета подскочил почти на два сантиметра, вздрогнул и замер, как приклеенный. Я подул на пламя, но оно не шелохнулось.

— Фитиль практически вечный, вся конструкция усилена и слегка изменена, чтобы увеличить пламя, но не расход полыни. — Шварц аж светился, даже страшно стало, сколько же придется его хвалить и благодарить, чтобы не обидеть. — Но есть еще один момент, про который, как я понимаю, вы не в курсе?

На прилавке появился серебряный поднос, Шварц протянул свою клешню, в которой моментально исчезла зажигалка. Он хмыкнул и как заправский фокусник продемонстрировал ловкость рук и по любому какую-то магию, за секунду разобрав огневик.

На поднос лег корпус, потом винтики, пружинки, войлочную прокладку и несколько шариков, похожих на ватные и пропитанные полынью. От резкого запаха засвербило в носу.

— Вот сюда посмотрите, — ювелир повернул огневик и поймал им солнечный лучик, бьющий сквозь окно, чтобы осветить внутреннюю часть, — вот там, в глубине на задней стенке.

Я заметил какие-то символы, но прочитать их не смог. Это же как надо было умудриться, чтобы туда пролезть? Забрал огневик и прошел вместе с ним к окну. Повертел на свету и уже смог все увидеть, но не прочитать. По стилистике символы напоминали формулу Ларса. Смесь иероглифов с инопланетным языком давно вымершей цивилизации, как часто показывают в фильмах.

— Ларс, что думаешь?

«Думаю, что тебя подкинули…» — хихикнул профессор: «Ибо отец твой определенно был близок к гениальности. До меня далеко, конечно, но будь ты яблоком, то еще дальше бы упал, а потом и укатился бы…»

— Профессор, а ведь ты еще не переехал. Может тебя в кофейнике оставить, хотя нет, — я улыбнулся, мысленно формируя самую гадкую улыбку, на которую был способен, — В моторку тебя к деду в подмастерья отдам. По существу давай.

«Вот она вся ваша демократия из другого мира, уже и пошутить нельзя…» — фыркнул Ларс, но дурачиться перестал: «Похоже, что твой отец создал какое-то заклинание. Плетение классическое, но есть ряд нюансов. Можешь считать это своим наследством — вижу защиту по крови. Так что это чисто родовой навык…»

— И что там?

«Это я не вижу, что явно связано с фобосами, ваше мнемоническое.