Что хочет женщина…

Стюарт Дрейк – охотник за приданым и сам, можно сказать, это признал. И все же Сьюзен цепляется за глупую уверенность в том, что он сделает ее счастливой. Ах, Сьюзен…

Шарлотта опустилась в кресло. Гнев куда-то испарился. Как спасти девочку до того, как негодяй разобьет ей сердце?

Она могла рассказать Сьюзен о произошедшем в библиотеке. О том, как Дрейк едва не соблазнил ее тетку. Но он наверняка сумеет извратить историю так, что Сьюзен поверит, будто Шарлотта виновата сама. Очевидно, он сумел влюбить в себя девочку, и Шарлотта чувствовала, что наилучшим выходом будет вообще ничего о нем не говорить. Может, Сьюзен встретит более подходящего джентльмена?

Шарлотта по-прежнему опасалась ехать в Лондон, но они могут отправиться в Бат или в Брайтон…

Нет. Ничего не выйдет. Одному богу известно, насколько Дрейк полон решимости гоняться за Сьюзен и ее наследством, а племянница сорвет всю злость на Шарлотте: это она увезла ее от мужчины, которого девчонка любит. Шарлотта сделает все, чтобы защитить племянницу, но будет невыносимо, если Сьюзен станет вечно ее ненавидеть.

Входная дверь открылась, потом закрылась, и в комнате появилась Лючия, благоухавшая розами и турецким табаком.

– Какая ночь! – весело воскликнула она, садясь в огромное кресло и сбрасывая туфельки. – Боже, эти балы так скучны! Но здешние жители весьма обаятельны.

Шарлотта нехотя улыбнулась. Когда-то Лючия была одной из самых ярких звезд миланской оперы. В те времена она обладала чистым, хрустальным сопрано. Но теперь она больше не могла петь в манере, прославившей ее во всей Европе. Война с Наполеоном закончилась, и в Англии в моду вошло все европейское. Даже угасающие оперные звезды, которые потеряли половину своего диапазона.

– Но ты! Ты, дорогая, устроила такую сцену! – Лючия выудила из сумочки короткую сигарету. – В жизни не видела, чтобы англичане были так взволнованы, как сегодня!

Шарлотта поднялась и стала бродить по комнате.

– Сьюзен сказала, что больше никогда со мной не заговорит. – Каждый ее шаг сопровождался шелестом шелкового платья.

– Подумаешь! – отмахнулась Лючия, зажигая сигарету от ближайшей свечи и глубоко затягиваясь. – Пусть дуется. Женщине нужно уметь дуться. Сейчас это ей не поможет, но позже, когда появится мужчина… – Лючия кивнула и взмахнула сигаретой: – Итак, что он сказал?

Шарлотта нахмурилась и подала подруге пепельницу.

– Если будешь так курить, твой голос не восстановится.

Лючия выдула тонкую струйку дыма:

– Я потеряла не голос, а вдохновение. Когда найду его, голос вернется.

Шарлотта ничего не ответила. Лючия всегда делала все, что пожелает, особенно когда была в настроении.