Чудесный сад жены-попаданки

Что?

Изумлённая, я приподнялась и встретила тёмный серьёзный взгляд.

— Это старая история. Ложись, я расскажу.

Я медленно опустилась обратно и приготовилась слушать, не до конца представляя, как такое вообще возможно.

— Дело в том, что леди Элинор, матери Сандро, долго не удавалось выносить ребёнка. И в какой-то момент, отчаявшись, она дала обет усыновить первого сироту, которого встретит. А я… Мне было пять, и я жил на улице. Мама умерла от чахотки, отца я никогда не знал… Наверное, мне повезло подойти с просьбой о милостыне именно к леди Элинор.

В рассказе наступила пауза, но через короткое время он продолжился.

— Она усыновила меня, хотя лорд Джеффри был против. А спустя год родился Сандро.

«И ты стал не нужен».

Я не сказала этого вслух, однако следующая фраза прозвучала так, будто меня услышали."

"— Леди Элинор всё равно относилась ко мне очень тепло. Ей казалось, именно благодаря усыновлению судьба смилостивилась и подарила семье наследника по крови. Нас с Сандро воспитывали одинаково, хотя я знал, что по завещанию лорда Джеффри мне отойдёт чисто символическая сумма. И потому, когда в семнадцать мне задали вопрос, чем я хочу заниматься дальше, выбор был очевиден.

— Армия, — тихо сказала я.

— Верно. Почти сразу меня отправили в Ост-Индию, потом был Иностранный легион: там лучше платили. Потом случилась та история с делишками командиров, отставка, Ньюгейт… После смерти леди Элинор я не писал Сандро: не хотел навязываться. И когда он сам взялся хлопотать за меня… Было неожиданно, но приятно.

— А потом он попросил присмотреть за отправленной с глаз долой супругой.

Тихий смешок.

— Как-то так.

— А он не говорил… — Я вновь приподнялась. — Почему женился?

Недолгая пауза закончилась неуверенным:

— Я могу ошибаться, но таково было пожелание короля.

— Жениться на мне?

— На ком угодно.

Я снова улеглась. Что же, пазл сложился окончательно. Отцу Мэриан не повезло попасться Каннингему под мерзкое настроение, и тот сначала повесил на незадачливого провинциала неподъёмный карточный долг, а затем (как я полагала, под влиянием момента) предложил всё простить за руку младшей дочери. Всего лишь череда случайностей и потакания другими людьми собственным порывам — и вот я в Колдшире, в объятиях лучшего мужчины, какого только можно пожелать.

Я нежно потёрлась щекой о твёрдое плечо и пробормотала:

— Значит, это не будет таким уж мезальянсом. Надо просто получить свою свободу обратно.

— Сложно. — Как много чувств можно вложить в один выдох! — Сандро очень упрям и категорически не умеет отступать.

— Я тоже, — хладнокровно парировала я. — Да и у тебя, прости, характер… Хм.

В темноте раздалось ответное хмыканье.

— Ты права. Все мы друг друга стоим.

А затем моих волос коснулся поцелуй:

— Скоро рассвет, родная.