Чудесный сад жены-попаданки

Последняя фраза прозвучала как заклинание: похоже, Этельберт сильно сомневался, что я выдержу даже это время.

— Хорошо, — склонил голову Райли.

Врач кивнул мне:

— Поправляйтесь. — И покинул комнату.

А я шевельнула рукой, приглашая Райли сесть, и выдохнула:

— Рассказывай! Что с Колдширом?

Глава 106

Райли медленно опустился на кровать. Судя по его лицу, если бы не разрешение Этельберта, он бы ничегошеньки мне пока не рассказывал.

— Стены и внешние башни не пострадали, — наконец начал Райли. — Состояние донжона… плачевное, но, думаю, его можно восстановить.

Если где-то найти денег. Я вспомнила воронку на месте кустов роз и зажмурилась от острой душевной боли. Мои цветы… Надежда Колдшира…

— Не думай об этом, родная. — Вцепившиеся в одеяло пальцы утешающе накрыла тёплая ладонь. — Не сейчас. Сейчас тебе нужно выздороветь.

Не открывая глаз, я дёрнула подбородком в подобии кивка и уже не прошептала, а просипела:

— А люди? Что с людьми?

— Гости почти не пострадали, — послушно продолжил Райли. — Те, кому не повезло оставаться в саду, сильно испугались жути. Несколько получили удары лошадиными копытами: бедные животные были в панике. Но в остальном обошлось на удивление благополучно. Слуги тоже успели уйти…

— А Оливер? — спросила я, вспомнив окаменевшего садовника.

Повисла пауза. Я открыла глаза, встретила печальный взгляд Райли, и в носу защипало. Ну да, возраст, сердце…

— Может, и к лучшему, — выдавила я. — Не увидел, что стало с розами.

И стиснула зубы, борясь с подступившими рыданиями.

— Боюсь, Этельберт не это имел в виду, когда разрешил осторожно рассказать новости, — вздохнул Райли.

Высвободил левую руку из бандажа, взял мою безвольную кисть в обе ладони и, отвлекая, продолжил:

— Сейчас горничные в Данли, разъехались по домам. Только Рона здесь, и, как мне кажется, это весьма радует Эйнсли.

Здесь. Я шмыгнула носом и гнусаво уточнила:

— Мы в Оакшире?

— Да. — Слышалось, что Райли не был в восторге от этого обстоятельства.

— А в Колдшире… — У меня дрогнул голос. — Кто-нибудь остался?

— Том и Стини, — кивнул Райли. — И Барк. Конюшня уцелела, так что лошади живут в довольстве. Хендри пока в Данли, у родственников.

Я немного подышала, успокаивая нервы перед следующим вопросом, и спросила:

— Что инспектор? Ты здесь… У него нет претензий?

Райли снова отвёл глаза, и мне это не понравилось.

— Мы с Эйнсли убедили инспектора, что я всё равно никуда не денусь. Поэтому он занимается расследованием, а я… Можно сказать, под домашним арестом.

Так.

— Он верит, что ты не грабитель?

Райли пожал плечами.

— Думаю, ему очень не хочется в это верить, но от показаний Эйнсли тоже не отмахнёшься.

— Да? — Я вспомнила наш разговор с Трейси в Колдшире.