Чудо-чадо и чудовище

– Ах!

В одно мгновение я оказываюсь прижатой мужским телом к стволу дерева.

– Скажи еще раз так.

А сам близко–близко и неотрывно на губы мои смотрит. А глаза чернущие, с искрами!

– Как? – дыхание сбивается, ноги слабеют. Обхватываю мужа двумя руками за крепкую шею, чтобы не упасть.

– Как ты умеешь. Сладенько, вкусненько.

– Дима, – задыхаюсь. Непроизвольно облизываю губы.

– Да–да, можно и без слов, вот так!

Мое чудовище впивается в меня страстным поцелуем. Таким же жарким и сногсшибательным, как в первый раз и все последующие разы. Я вся превращаюсь в желейку в умелых руках любимого. Этот мужчина не перестает сводить меня и моих бабочек с ума.

– Елена моя Прекрасная! – отлипает он, губами к виску моему прижимается. – Я тебе говорил, что ты ведьма? Околдовала чудовище, с ума свела. Люблю тебя безумно! Люблю своих девочек!

– Мы тоже тебя сильно-сильно любим!

А ноги не держат. Только сильные мужские руки не дают упасть. Мир замирает на все то время, что мы целуемся долго-долго под нашей черемухой. И если бы не родственники, что ждут нас по ту сторону дома, мы бы сбежали к себе, как делали уже неоднократно ранее.

Спрятавшись за углом дома, обнявшись, стоим с Димой незамеченные, наблюдаем за семьей. Как–то они отреагируют на новость?

В беседке накрывают на стол моя мама и свекровь. О чем–то живо щебечут, по обрывкам фраз понимаю, что обсуждают какой–то рецепт, потом переключаются на рассаду. Моя жалуется, что Персик поломал перцы, развалившись в ящике на солнечном подоконнике, а Джекки играючи сломал саженец яблони, отдирая деревянную опору. Любовь Михайловна вспоминает, как Алиса, будучи маленькой, нарвала ей букет из цветов клубники, оставив их тем летом без ягоды. Хохочут.

Олег с Никой обнимаются возле мангала с нанизанным на шампура мясом. Марина и Алиса катают вдвоем коляску с семимесячной Дариной. Няньки из них вышли отменные – Ника только кормит малышку, а всем остальным занимаются девчонки. Особенно им нравится наряжать Дарочку в разные наряды и цеплять бантики на еще жиденькие темные волосики сестренки.

– Ну что, идем сдаваться?

– Идем.

Пара шагов из укрытия и нас замечают.

– Ну, кто? Девочка? – оторвался от губ жены Олег.

Весь женский состав во главе с Олегом замер и уставился на нас с Димой в ожидании ответа. Шутка ли – ждут нас после УЗИ, где должны были сказать пол ребенка.

– Неа, – отвечает брату с усмешкой Дима.

– Мальчик? – в голосе Олега чувствуется жгучая зависть.

Дима, обнимая меня за талию и притягивая к себе, показывает брату два пальца.

– Два мальчика? – Олег меняется в лице.

Дима самодовольно улыбается. И молчит. Я смеюсь и утыкаюсь лбом в плечо своему интригану. Такие взрослые мужики, а ведут себя как дети.