Чудо-чадо и чудовище
– Дядя, ты чудовище? Вопрос пятилетней девочки полетел мимо меня за столик позади. С замершим сердцем оборачиваюсь посмотреть на того, кого моя дочь окрестила чудовищем. За соседним столиком обедает мужчина лет тридцати. Сидит ко мне боком, поэтому виден только его профиль. Мужчина поперхнулся, закашлял в кулак. Дочь тут же спрыгнула со стульчика, подбежала к незнакомцу и заботливо похлопала его по спине, участливо заглядывая в глаза. Вряд ли ее легкие шлепки помогли ему, но кашлять он перестал. Уставился на Маринку мокрыми от кашля глазами. – Почему это я чудовище? – Ты на себя в зеркало смотрел? – Кхм. Смотрел. – Страшно было? НОВИНКА ВНЕЗАПНО ПАПА
И если вы еще не в курсе, у меня есть любимый мужчина... Жених.
– Про жениха я в курсе. Про любимого мужчину нет.
Да он издевается!
Но рядом и вокруг вдруг стало светло и свободно. Приток свежего воздуха дохнул в лицо – шеф освободил меня из плена. Сделал круг до своего места, начал раскатывать рукава. Лицо невозмутимо, будто это не он только что зажимал меня, откровенно склоняя к более близким отношениям.
Кто–то дернул несколько раз дверь. Там, в приемной, ждет Дима. Что он подумает о нас с директором за запертой дверью?
Обмахиваюсь блокнотом как веером и цепенею при следующем вопросе:
– Как давно вы знакомы с Дмитрием Кудрявцевым?
– С Дмитрием Дмитриевичем? Меньше месяца, – отвечаю растеряно, не понимая, почему Олег Дмитриевич резко сменил тему.
– Какие у вас отношения?
– Н–никакие. Мы просто друзья.
– Поэтому вы в его рубашке?
– Это недоразумение. Я пролила кофе на блузку, а Дмитрий Дмитриевич одолжил...
Боже, как нелепо! Кто поверит в этот бред!
– Кхм. Понятно. Можете идти, Елена Владимировна, – закончил своим обычным деловым тоном, цепляя запонку на рукав.
Встаю с места. Ноги от напряжения деревянные. Медленно иду к двери. И что дальше? Разворачиваюсь к шефу:
– Мне писать заявление об уходе?
– Зачем? – Олег Дмитриевич искренне удивляется. И вообще выглядит очень довольным, глаза лукаво смеются. – Вы отличный работник, Елена Владимировна, испытательный срок подошел к концу, я распоряжусь о зачислении вас в штат на постоянной основе. Я вас больше не задерживаю, идите, работайте. И пригласите, пожалуйста, Дмитрия Дмитриевича.
Не помня себя, закрываю за собой дверь и попадаю в ловушку рук и разгневанных глаз Дмитрия.
21. Мне можно, я чудовище!
– Дмитрий –
Что. Они. Там. Могут. Так. Долго. Делать?!
Олег и Лена? Лена и Олег? У меня не складывается из них парочка ни под каким соусом, но… млять! Прошло уже десять (ДЕСЯТЬ!) минут, а Лена все еще в кабинете братца.
Меня колбасит от неизвестности, раздирает ревностью, я готов крушить и метать все в этом чертовом предбаннике под названием ""Приемная директора"".
Несколько раз хватался за телефон, звонил Олегу. Эта сволочь первый раз скинул звонок, а потом поставил на беззвучный. Я слышал из приемной сигнал, остальных не было, хотя гудки шли. Да, я подслушивал. Но ни черта не слышал. Шепчутся или что они там делают?
Неужели она с ним... Сколько? Все эти две недели, день, три? А мне ни слова? Ведь я спрашивал.
















