Исцели меня

Детям часто не хватает внимания, если их родители заняты. Вы же знаете кто мой папа.

— Знаю. Нравится Париж?

— Да.

— Что именно тебе в нем нравится? — Господи, я беру свои слова обратно. Заткни этого придурка к чертовой матери и плевать на теплую кровать. Подвал, так подвал! Только заткни его, пожалуйста. — Ну?

— Атмосфера города и… архитектура.

— А что именно? Только не называй Эйфелеву башню. А еще лучше без заученных ответов.

— Чхать я хотела на Париж. Я была только около упомянутой вами башни. Серая фигня, ничем непримечательная для моих глаз. Равно как и вся архитектура. Я ее терпеть не могу. И живу я здесь только из-за выгодного мне контракта. Ответ вас устроил?

— Вполне. О чем ты мечтаешь?

— О мире во всем мире.

— А если подумать?

— А если скажу, то не сбудется. Так что оставлю это при себе.

— Ладно, выдохни, София. Можешь даже поспать. Нам еще долго ехать. Хочешь ложись на мое плечо.

— Спасибо за предложение, но мне бы не хотелось тереться щекой о собственные слюни.

— Ну как знаешь.

Никогда не думала, что ориентироваться в темноте так сложно. Мало того, я совершенно не чувствую времени. Кажется, что мы едем очень долго, а с другой стороны совсем немного. Я потеряна во всех смыслах этого слова. А еще меня дико напрягает тот факт, что я чувствую на себе его взгляд. И это очень сильно напрягает. А дальше случилась еще более страшная вещь, чем повязка и дебильные вопросы. Я со стопроцентной уверенностью могу сказать, что слышала какой-то щелчок. Примерно такой, когда в кино перезаряжают оружие. Ну, приплыли. За что, Господи?!

— Мы приехали. А сейчас, когда я тебя поведу, без единого звука. Иначе будет только хуже. И когда я буду обходить машину — ты не трогаешь повязку. Поняла?

— Да, — киваю как болванчик.

Слышу, как он выходит и снова неосознанно начинаю про себя молиться. С моей стороны открывается дверь, бородатый берет меня за руку, помогая выйти.

Я не знаю на чем концентрироваться. Тут шумно! Реально шумно. Ведь я могу закричать. Почему я молчу?

— Аккуратно. Еще несколько шагов и мы пересядем в другую машину.

— Зачем?

— Чтобы отвезти тебя в подвал, для чего же еще. Так уж и быть, сейчас я сниму с тебя повязку.

Сглатываю, предвкушая как минимум удар ногой в пах. Только этот мужик встал позади меня. Положил одну руку мне на плечо, а второй начал медленно убирать повязку с глаз.

— Как сказал, доставил с комфортом, София Викторовна, — слышу позади себя его чуть насмешливый голос. И не понимаю чему больше удивляться, тому, что вижу перед собой хорошо знакомое здание, где меня ждет моя кровать или тому, что все это время меня разводили как полную дуру.

Бородатый становится напротив меня и тянет к моим волосам руку.

— Немного прическа испортилась. Извини. И за то, что было в машине тоже.