Чужая невеста. Баллада Пепла и Льда

Торопливые и разрозненные записи, в которые вклинивались химические формулы и математические выкладки, частично зачеркнутые и исправленные, наталкивали на мысль о рабочем журнале какого-то ученого.

Я порадовалась, что благодаря эхо-кварцам мне не придется разбираться в этих зубодробительных выкладках и вникать в смысл. Однако, когда я пролистала несколько страниц, мне попалась подпись — торопливый росчерк пера. Бывает, в задумчивости, слушая лекции или готовясь к занятиям, я вывожу на полях свое имя: «Алейдис Дейрон». Человек, ведущий заметки, тоже отвлекся от мыслей и написал: «Максимилиан».

В украшенной вензелями подписи угадывалась буква «А». Максимилиан из рода Арториев. Бывший правитель королевства Лорайн, а после — первый император, объединивший земли для противостояния смертельной угрозе. Неужели потрепанная книжица с заметками принадлежала ему?

До того момента я листала бездумно, но теперь взгляд сам собой концентрировался на некоторых фразах. Максимилиан, если, конечно, это был он — первый император Пантерана, оставлял для себя короткие напоминания. Пугающие, по правде сказать.

Раньше я бы не обратила на них внимания, но теперь знала слишком много о разломах и крови, о бестиях и запретных дарах.

«Линии силы… старая карта. Проверить, где шов тоньше. Где легче надорвать?»

Он о зонах древнего шва между нашим миром и Изнанкой?

«Вещество — в крови. Передать детям. Дар должен остаться в роду».

Я еще не совсем понимала, но чувствовала, что ответ где-то рядом. Ответ, который соединит все отрывочные знания, все догадки.

«Ни слова о создании Разрыва. Пусть верят, что это случайность…»

Разрозненные короткие записи напоминали бред сумасшедшего, лишенный смысла.

Но только на первый взгляд, потому что на второй — отлично укладывались в жуткий план гениального, но злобного разума.

«Королевства никогда не объединятся добровольно. Страх — лучший союзник. Страх перед чудовищами сильнее страха перед короной».

— Алейдис, что случилось? Ты так побледнела! — обеспокоенно спросил Тайлер, вернувшись с очередной книгой.

— Все хорошо… — начала я, но оборвала себя и тряхнула головой. — Нет, не хорошо."

"Тай скрестил руки на груди и прислонился к краю стола, внимательно глядя то на меня, то на страницу, испещренную формулами.

Я перевернула книжицу так, чтобы и он смог прочитать несколько предложений, выведенных торопливым почерком и подчеркнутых с нажимом, так что бумага почти прорвалась.

— Это он, — хрипло произнесла я. — Я не знаю, как он это сделал. Какое-то вещество в крови. Кажется, он давно его искал. Посмотри на эти формулы! А здесь список трав и вытяжек из органов животных. Желчный пузырь орла, глаза совы… О Всеблагой, меня сейчас стошнит.