Чужая невеста. Баллада Пепла и Льда

На первом этаже главного штаба уже накрыли столы: нас ждал горячий ужин! Какое блаженство после того, как мы несколько дней ели кашу, приготовленную на костре, и сухие галеты.

Полковник Вир сжимал челюсти слишком сильно, пока князь Лэггер представлял ему звенья, «отличившиеся во время учебных испытаний», и рассказывал о новой практике на границе для лучших из лучших в качестве привилегии. На лице полковника Вира ясно читалось все, что он думает и о практике, и о князе Лэггере, однако вслух он не произнес ни слова до тех пор, пока сиятельство, представляя кадетов, не назвал мое имя.

— Кадет Дейрон…

— Кадет Дейрон? — Полковник подался мне навстречу, что для всегда сурового и неразговорчивого военного почти приравнивалось к объятиям, но он вовремя опомнился и остался на месте. — Алейдис?

Его обветренное лицо жесткостью и сдержанностью напомнило мне лицо моего отца. Я кивнула. От уголков глаз полковника Вира разбежались морщинки: он улыбнулся. «Я рад, что ты жива!» — говорил его взгляд.

— Кадетам приготовлены комнаты в гостевом доме, гвардейцев мы разместим в казармах, — сказал он и обратился к князю. — Полагаю, на сегодня у вас не запланирован полевой выход?

— Ужинайте и располагайтесь на ночлег.

— Сиятельство кивнул Ярсу. — Проследите, чтобы никто из кадетов не вышел за периметр гарнизона.

От горячей еды и напитков меня разморило, я начала клевать носом уже за столом. Так не хотелось снова запахивать тяжелую накидку и выбираться на студеный воздух. Я утешала себя тем, что до гостевого дома идти несколько десятков шагов, зато я наконец-то высплюсь в постели, а не в спальнике, от которого у меня уже чесалось все тело. И над головой наконец-то окажется потолок, а не звездное небо.

"

"Ярс собрал нас и повел за собой. Колояр за моей спиной неразборчиво ворчал: «Ничего не меняется. Мы заслужили поездку на границу, но и тут за нами приглядывают, как за детьми!» Алек и Норман ничему ему не отвечали, они вообще теперь редко разговаривали со своим командиром звена и точно не были ему благодарны за эту поездку.

Все уже поднялись на крыльцо, и Ярс придерживал дверь, ожидая, пока желторотики зайдут в гостевой дом, как вдруг я увидела на земле у крыльца деревянную лошадку. Она была один в один как те, что так любил вырезать старый Олард.

Невозможно! Наверное, она просто похожа… Но в душе воскресли воспоминания о долгих зимних вечерах, о горящем камине, о том, как старый вояка напевал песенку и стругал ножиком кусок деревяшки.

И песня… Та самая песня, которую мне напевал Тайлер во время нашего танца. «Потому что сердечко мое на замке. Ты единственный ключик зажала в руке…»

Я втянула морозный воздух, не давая пролиться слезам.

— Что там, Аля? — спросил Ярс, не понимая, почему я остановилась.

— Ничего. Иду.