Чужая невеста. Баллада Пепла и Льда
Разлука — новое испытание, которое я не готова принять. Тайлера отправляют на границу, где его ждет смертельная схватка с тварями Изнанки, а меня хотят навсегда приковать к трону, выдав замуж за принца. Но я — Алейдис Дейрон и не позволю никому решать мою судьбу. Пусть между нами сотни миль, и мы оба сражаемся: он — на поле боя, я — против интриг двора, я знаю: ничто не сломит нас, пока мы верим друг в друга. Даже если весь мир против нас, мы докажем, что любовь сильнее любых преград.
— Совсем забыл! Это первое, о чем я хотел поговорить!
Он подорвался с места и кинулся обшаривать свою куртку, валяющуюся в углу комнаты. Вытащил помятый конверт. Я приподняла бровь.
— Сейчас объясню, — сказал Тайлер.
Он рассказал все, начиная с того момента, когда посетил сгоревший гарнизон. Как разыскивал выживших, как вышел на старого Оларда. «Он жив и здоров!» — внутренне возликовала я, но не перебивала. Тай закончил тем, как по наводке Оларда повстречался с бывшим вестником и раздобыл футляр с документами.
Вот теперь мне сделалось по-настоящему страшно!
— Это письмо… — прошептала я.
— Нет, оно от графа Ромера, советника императора, и отправлено в императорскую канцелярию. Прочитай.
Он протянул мне записку с парой строк.
— Я ничего не понимаю, — покачала я головой. — «Я заберу ее утром в столицу»? Речь обо мне? Но это очень странно. Ведь тогда было неизвестно, что у меня запретный дар. Зачем кому-то могла понадобиться обычная девчонка?
Тайлер задумчиво поглаживал тыльную сторону моей ладони.
— Князю Лэггеру? Он не знал, какой у тебя дар, но знал, чья ты дочь.
— Но зачем я нужна была ему в столице? В качестве кого? Игрушки? Девочки для битья?
У меня мурашки побежали по коже.
— Может быть, тебя должны были отвезти к императору?
— Да нет, бред какой-то… А зачем тогда пытались убить в Академии?
Тайлер, прищурившись, смотрел в стену перед собой, размышляя.
— Предположим, только предположим, что князь Лэггер с самого начала интересовался твоей судьбой как дочери Гвендолин.
— Облегчить свою боль, — прошептала я. — Это вполне можно понять.
— Но затем вмешались новые обстоятельства.
— Моя невероятная живучесть, — усмехнулась я. — Вернее, мой ледяной эфор, который почему-то был категорически против того, чтобы бесячую Дейрон укокошили на его глазах.
Как ни серьезен был сейчас Тайлер, он не удержался от улыбки.
— И почему же это, действительно? — хмыкнул он.














