Чужая свадьба

Я хочу видеть в тебе все чувства, все настроения, видеть их всю оставшуюся мне жизнь. Я хочу, чтобы ты была рядом со мной, Летти, поддерживала меня или спорила со мной, помогала мне или позволяла помогать тебе. Я хочу быть твоим другом и любовником, твоим ментором и учеником.

— И когда ты станешь бароном, ты захочешь, чтобы я носила корону? — затаив дыхание спросила она.

— Конечно, — ответил он. Но она заметила крошечную искру сомнения в его потемневших глазах. И поняла. Она так хорошо его узнала. Он бы с гордостью надел на нее эту корону. Дело было в том, что короны не будет.

Королева никогда не удостоит титула барона человека, женившегося на актрисе мюзик-холла.

Летти это знала. Ей объяснил Аттикус. С той поры все ее самые смелые мечты разбивались об это непреодолимое препятствие.

Она заставляла себя трезво смотреть на все, что их разделяло, не только на прошлое, но и на будущее. Дело было не только в том, что она чуть не стала преступницей, а он был судьей, но и в том, кем бы он мог стать: бароном, членом палаты лордов, «могущественным защитником добра».

Дав согласие выйти за него замуж, Летти Поттс не только лишила бы этого незаурядного человека баронства, — она нанесла бы вред всем тем людям, которых он когда-либо смог бы защитить. Она долго с грустью смотрела в его глаза, затем с нежностью дотронулась до его щеки.

— Я люблю тебя, Эллиот. Клянусь, до приезда сюда я не понимала, что значит это слово. Ничто на свете не сделало бы меня более счастливой, чем возможность быть твоей женой. Но я не могу."

"— Бога ради, Летти, почему? — простонал он.

— Королева никогда не сделает тебя бароном, если ты женишься на мне.

Он не отрицал этого. Только взял ее руку и пылко поцеловал.

— Я тридцать три года прожил без баронства; уверяю тебя, проживу и дальше без этой чести, — сказал он, его теплое дыхание нежно ласкало ее кожу. — Я не знаю, проживу ли я без тебя, но твердо знаю, что не хочу жить без тебя.

Она, почти не прикасаясь, провела рукой по его шелковистым волосам.

— Не только ради тебя, мой самый… Это не только ради тебя.

— Так ради кого же? — Он повернул голову и посмотрел ей в глаза, требуя ответа.

— Ради тех, кто нуждается в твоей защите. Ради солдат, и детей, и женщин, работающих на фабриках, и ради муж-чин-, трудящихся в шахтах… Ты нужен правосудию, Эллиот. Оно и так уже слепо, но не должно быть еще и немым.

Он опустил руку Летти и с тихим проклятием отстранился от нее.

— Ты не можешь так поступить. Не можешь отнять у нас будущее ради каких-то безымянных людей.

Но она видела его муку, терзания его совести, когда Эллиот Марч произносил эти слова.

— Эллиот, ты сказал, что ты увидел себя моими глазами и стал лучше. То же и со мной. Не лишай меня моего благородства.